Их нигде не было видно, но презрительный и наглый смех разбойника все еще звучал у Тарена в ушах.
Глава 13
Потерянный ягнёнокПод светлыми небесами, сопутствуемые мягкой и тихой погодой, путники углубились в Княжеские холмы. Гурджи перевязал рану Тарена, и юноша страдал от нее гораздо меньше, чем от потери меча. После схватки Тарена с Доратом бард все реже вспоминал о своих ушах и слово «заяц» уже не так часто срывалось с его уст. Вопреки всему он стал разделять неистребимую веру Тарена в счастливое завершение их путешествия.
Гурджи все еще горько сетовал на лесные опаски и ужаски и часто оборачивался, чтобы сердито потрясти кулаком вслед давно растворившимся в чаще врагам. К счастью, никто из людей Дората больше не попался им по дороге, хотя, как серьезно твердил Ффлевддур, ни один злодей не решится к ним приблизиться, увидев грозные гримасы Гурджи.
— О, добрый хозяин, — причитал Гурджи, — почему ты не подул в полезный рог и не избавил себя от разбойных побоек?"
"— Меч много значил для меня, — ответил Тарен — Но я добуду другой, который так же верно станет служить мне.
А рог Эйлонви можно использовать только один раз, и потом его сила будет безвозвратно потеряна.
— О, правда! — закричал Гурджи, изумленно помаргивая, будто такая мысль и не приходила в его кудлатую голову. — О, мудрость доброго хозяина! А слабые мозги скромного Гурджи полны только глупками и хрумками!
— Не стенай. Твоих мозгов вполне хватает, чтобы понять, что Тарен выбрал верное решение, — вставил Ффлевддур.
— На его месте я сделал бы то же самое… э-э-э… я имел в виду… — добавил он, бросив быстрый взгляд на арфу, — если быть честным, то я, наверное, дул бы в этот рог, пока бы глаза из орбит не повылезали. Хо, эй! Уймись, старушка! — закричал он, когда Ллиан вдруг понеслась вперед. — Послушай, куда это ты?
В тот же момент Тарен услышал жалкое блеяние, несущееся из зарослей куманики. Ллиан уже была там, она игриво изгибалась, хвост ее бил по воздуху, одна лапа была поднята, готовая метнуться вглубь колючих кустов.
В самой середине куста, среди переплетения ощетинившихся шипами веток, жался белый ягненок. Увидев огромную кошку, он заблеял еще громче и испуганно задрожал. Пока Ффлевддур, бренча на арфе, отвлекал Ллиан, Тарен быстро спешился. При помощи Гурджи, который отгибал и оттягивал колючие ветки, Тарен нагнулся и вытащил ягненка наружу.
— Бедняжка заблудился. Откуда он здесь? — оглядывался Тарен, — Я не вижу поблизости никакого хутора.
