— Кто-то готовит вкусные чавки и хрумтявки!
— Верно, — согласился Ффлевддур, втягивая воздух. О, проклятье! Мой нос опять дергается!
Тарен натянул поводья, и Мелинлас сдержал шаг. Ллиан тоже уловила запах еды. Уши ее насторожились, она алчно облизнула усы.
— Глянем, кто это? — спросил Ффлевддур, — Я не откажусь от миски горячей еды, если, конечно, это не… заячье жаркое!
Тарен согласно кивнул, и путники осторожно двинулись к поляне. Они полагали первыми увидеть незнакомцев, сами оставаясь до поры до времени незаметными Но не тут-то было! Не сделали они и нескольких шагов, как прямо перед ними из кустов выросли два человека, заросшие бородами по самые глаза.
Тарен остановился. Эти двое, очевидно, стоящие в карауле, быстро выхватили мечи. Один из них просвистел по-птичьи и настороженно оглядел путников, но не сделал никакой попытки остановить их."
"На поляне Тарен увидел около дюжины мужчин, которые небрежно развалились вокруг костра, где на вертеле, шипя, жарились куски мяса. Незнакомцы были вооружены до зубов.
Однако ни по цвету одежды, ни по каким-либо другим символам Тарен не смог определить в них слуг знакомых ему князей или лордов. Одни из этих людей ели, другие затачивали лезвия кинжалов или натирали воском тетиву луков. Ближе всех к костру на мягкой траве удобно разлегся человек с тяжелым лицом. Он опирался на локоть и свободной рукой поигрывал кинжалом, подбрасывал его в воздух и ловил то за рукоятку, то прямо за лезвие. На нем была безрукавка из лошадиной шкуры, такие же штаны и облепленные глиной башмаки на толстой подошве и подбитые железными гвоздями.
Его светлые волосы падали ниже плеч. Холодные голубые глаза неспешно оглядывали путников.
— Добро пожаловать, лорды, — медленно проговорил он, когда Тарен спешился. — Каким счастливым ветром занесло вас в лагерь Дората?
— Я не лорд, — ответил Тарен, — Я — Тарен, Помощник Сторожа Свиньи…
— Не лорд? — перебил Дорат с насмешливым удивлением, полуулыбаясь, — Если бы ты не сказал мне, я бы ни за что не догадался.
— А это мои друзья, — продолжал Тарен, раздосадованный тем, что позволил Дорату высмеять себя, — Гурджи и Ффлевддур Пламенный — он странствует как бард, играющий на арфе, но в своей стране он король.
— А Дорат король там, где он окажется, — ответил светловолосый человек, расхохотавшись. — Теперь, лорд Свинопас, не разделите ли с нами нашу скромную трапезу? — Он ткнул кинжалом в сторону шипящего над огнем мяса. — Ешьте до отвала.
