— Гурджи не волнуют знаменитые овцы и барды с густой шерстью, — проворчал Гурджи. — Он счастлив в Каер Даллбен с хрюшкой-поросюшкой. О да, он надеется, что скоро будет там!
— Боюсь, что тебе предстоит тяжелое и опасное путешествие, — вздохнул Ффлевддур, прежде чем ты снова увидишь свой дом. Кто знает, сколько еще придется скитаться в поисках этого Зеркала? — он обернулся к Тарену. — Я не оставлю тебя. Хотя рано или поздно должен буду, конечно, вернуться в свое королевство. Мои подданные всегда с нетерпением ждут моего возвращения
Арфа просто задрожала, и две струны со звоном разорвались.
Лицо Ффлевддура пошло красными пятнами.
— Гм, — смутился он, — да, вот что я имел в виду… я с нетерпением жду встречи с ними. Правда-то состоит в том, что королевство управляется не только мною, но и без меня, и управляется с этим достаточно хорошо. И все же Ффлевддур Пламенный исполнен сознания собственного королевского долга!
Они вынуждены были остановиться и подождать, пока Ффлевддур, соскользнув со спины Ллиан и присев на корточки, починит порванные струны.
Он достал из кармана большой ключ, которым натягивал струны на деревянные колки, и принялся терпеливо настраивать инструмент.
Хриплый крик над головой привлек внимание Тарена. Он взглянул на небо.
— Это Карр! — воскликнул он, указывая на черную крылатую тень, скользнувшую из-за облака и стремительно несущуюся к ним. Гурджи радостно закричал и захлопал в ладоши, а ворона преспокойно села на согнутую руку Тарена.
— Ага, нашла нас, старая подружка! — обрадованно воскликнул Тарен, довольный, что ворона снова с ними. — Скажи-ка мне, — быстро проговорил он, — как поживает Эйлонви? Она скучает… по всем нам?
— Пр-ринцесса! — прокаркала ворона, хлопая крыльями. — Пр-ринцесса! Эйлонви! — Она трещала клювом, подпрыгивала на руке Тарена и принялась так тарахтеть, что Тарен с трудом разбирал ее быструю болтовню.
Он лишь смог понять, что Эйлонви негодует из-за того, что ее мучают всякими, как она говорит, королевскими кривляниями, учат всяким глупостям, но постепенно она привыкает, хотя очень скучает по нему… Эта новость одновременно и обрадовала Тарена, и увеличила его тоску по золотоволосой принцессе.
А Карр продолжала свою трескотню, не останавливаясь. В пещере на Моне, тараторила она, великан Глю уменьшился и смог вернуть себе с помощью зелья Даллбена свой прежний рост.
Карр была в отличном расположении духа.
