– Всего три бочки?! – разозлилась госпожа Пьес, когда Диана рассказала ей о своих подозрениях. – А этой заразе Аруте прикатили семь штук! Я своими глазами видела!
– Так нужно узнать, почему пополам не поделили, – предложила девушка.
– Вот и узнай, раз такая умная! А моей ноги в том борделе и близко не будет!
Диане не очень-то хотелось идти на пирс, в заведение мадам Аруты. Но и послать другую женщину вместе себя…
– Никто не пойдет, – резюмировала Аньес, выслушав девушку. – Всем дорога репутация. Один раз увидят там – сплетен не оберешься!
– И что же мне делать?
Был вечер, Диана сидела на кухне, в углу у теплого очага, и машинально просматривала свои записи.
Кухарка пожала плечами:
– Можно кого-то из мужиков отправить, но они ненадежные. Только женские прелести увидят – про все твои приказы забудут. Ты ведь для них кто? Никто.
– Я управляющая! – возразила Диана. – Меня хозяйка назначила.
– Ну как назначила, так и раззначит, у хозяев это все быстро делается. Вчера ты полы мыла, сегодня приказы отдаешь, а завтра опять полы моешь, – хмыкнула Аньес.
– И как быть? Не могу ведь я сама туда пойти?
– Ну вот, сама не можешь, а других посылаешь.
Диана закусила губу.
В словах собеседницы был резон. Может, и стоит прислушаться. В конце концов, это местные женщины трясутся за свою репутацию, боятся сплетен и обсуждений. А ей на это плевать.
Она задумалась, как сделать лучше: пойти к мадам Аруте открыто и поговорить откровенно или пробраться в Дом Утех тайком и устроить промышленный шпионаж.
У обоих вариантов были свои недостатки.
– Зря ты все это затеяла, – голос Аньес оторвал Диану от мыслей.
– Что именно?
– Это все. Не вороши осиное гнездо, беду на себя накличешь.
Диана подняла голову от бумаг.
– Аньес, о чем это ты?
Дверь в кухню скрипнула, и кухарка, только что собиравшаяся ответить, резко отвернулась.
В помещение вошла служанка. Верхние пуговички на ее платье были расстегнуты так, что виднелась аппетитная ложбинка между грудей, круглое миловидное лицо с хитрющими глазами покрывала испарина.
Это была Кирана – молодая, бойкая и весьма острая на язык. Одна из тех, кого Диана заставила драить полы.
Кирана сдула со лба прилипшую прядь и, не заметив сидящей в углу Дианы, бухнулась на лавку.
– Аньес, наша старуха совсем из ума выжила! – заявила она. – Поломойку назначила управляющей!"
"Со своего места Диане было хорошо видно, как расширились глаза кухарки, явно сигнализируя Киране, чтобы та замолчала.
