Они ведь выращивают на том материке боевые звериные расы, которые должны сами уметь защищать свою песочницу.
Глава разведки задумался. И вправду, смешно: они затеяли глобальную экспансию в Тавиринию, а расхаживают в товарах от конунга Данилы. У него всем закупались: шмотки, аксессуары, только земное оружие им пришлось брать уже у Паскевичей. Филиновы отказались поставлять свои пушки, что оказалось правильным решением.
— Однако насчёт конунга Данилы стоит побеспокоиться, Ваше Величество, — напомнил он, встряхнув себя.
— Именно он предотвратил прошлую экспансию и, по слухам, убил великого Лича.
Король кивнул небрежно:
— Ну тут уже русский князь Паскевич поможет нам разобраться с этим конунгом. У него свои счёты, а мы, как добрые соседи, подсобим, чем можем.
Он снова щелкнул четками и добавил, словно между прочим:
— А потому пускай пеняет на себя. Боевой Материк станет нашим. И даже это вшивое стадо рогатых дикарей не спасёт своего конунга.
Глава разведки молча кивнул и вышел из зала, снова ловя взглядом черепа на своей футболке.
Пожалуй, он срочно закажет ещё одну партию, пока ещё не началась война с Вещими-Филиновыми.
* * *Не теряя времени, я приказал таврам соорудить настил из досок и перекладин, что хватает у нас на лагерном складе, и перетащить древозверя ближе к лагерю. Ближе — это не значит вплотную. Держать его нужно так, чтобы до Сада он не очень далеко, а то помрёт без подпитки оттуда, но и не пододвигать слишком близко, а то, зараза, снова напитается силой и начнёт крушить всё живое с энтузиазмом.
Напоследок я ещё раз решил просканировать древозверя и убедиться, что он точно не проснётся.
Сир-дроу Семирель, к слову, не возражал из-за того, что мы задержались с транспортировкой энта. Оно и понятно: сам он сейчас по уши в подготовке к нашим демонстративным боям. Видимо, собирается плотно заняться моим войском. Пусть готовится, мне же лучше, что не лезет.
Когда я закончил в лагере, Белогривый бодро пронёс меня в обход рядов тавров, что как раз перенесли деревозверюгу на деревянном настиле.
Соскочив со скакуна, я сразу подключился к проверке — не шевелится ли древозверь. Впрочем, разум зверя плыл в дрёме, но уже не такой вялой, как раньше, до воскрешения. Напитавшись астральной энергией, этот «клон Грута» спал глубоко, и в нём чувствовалась мощь. Пускай дрыхает, разберёмся с ним уже позже.
— Даня, ты видел! К нам дроу привели сто Мастеров! — раздался позади писк обескураженной Насти, подъехавшей на Рыженьке.
