— Хрусть да треск, что-то стряслось? Сейчас помогу, бойцы… — подскакивает к парням Ледзор — и просто выпинывает их с ноги. Одного за другим. Без лишней дипломатии. — Не благодарите, парни! Хо-хо-холод!
С визгом — натурально визжат! — они летят вниз. Парашюты, конечно, раскрываются. Раздуваются ветром, и десант — если это вообще можно так называть — начинает оседать прямо на первый баркас. Большинство, правда, мажут. Шлёп — и в воду. Шестеро, может, семеро. Одного вообще сносит ветром в другую сторону.
Такое ощущение, что Одиннадцатипалый взял с собой гомункулов, чтобы стебаться и угорать над ними.
Ледзор чешет затылок:
— Ну, для первого десантирования очень даже неплохо, я считаю.
— Дурак, — не сдерживается Кострица и показывает первокласс десантирование.
Ледзор с Кострицей, как водится, не заморачиваются. Прыгают без парашютов — просто включают доспехи и сигают вниз. Врезаются в палубу с грохотом, от которого у баркаса прогибаются доски.
И понеслось. Началось настоящее мясо: мачете, дубины, длинные ножи филиппинцам несильно помогают. Крики, грохот, всплески. Наши лупят — те пищат. Кровь, щепки, визг, и между всем этим трое гомункулов носятся, визжа. Дело в том, что хоть толстяки и геноманты, но они далеко не воины. В Южной Обители были рабочими.
— Змейка, хочешь тоже прыгнуть? — спрашиваю, не отрывая взгляда от бойни.
— Фака! — отвечает хищница с явным удовольствием — и тут же сигает.
На втором катере её уже ждут — и очень зря.
А я стою, смотрю вниз и думаю: а зачем, собственно, мне прыгать?
Поднимаю руку — и швыряю два пси-копья. Прямо в рулевых двух оставшихся баркасов. Поработка мгновенная — я ловлю их сознания, сдвигаю восприятие, и всё: рулевые разворачивают катеры и плывут друг на друга.
БАХ!
Посудины врезаются с грохотом. У одного нос раскалывается на две половины. Второй кренится боком и резко начинает тонуть.
Филиппинцы визжат, кидаются в воду. Кто-то ещё успевает скинуть надувную лодку — но тут я снова поднимаю руку.
И над волнами всплывают плавники.
Подчинить акул несложно — у них ведь нет щитов. И вот теперь три зубастые торпеды вырываются из волн, взмывают к лодкам и кромсают филиппинцев, утаскивая их под воду. Кровавые струи, визг, бесполезное весло, бьющее акулу по носу — и месть от острозубой рыбы.
