Упав на одно колено, он попытался поцеловать мою руку, которую я мягко освободила, сказав:
- Не нужно меня благодарить. Я лишь вернула то, что принадлежит тебе по праву рождения.
Остальные невольники недоуменно следили за моими действиями, растирая запястья, онемевшие от стягивающих их веревок. Я же, закончив с путами, громко проговорила:
- Слушайте меня, бывшие рабы Камелота! Теперь вы свободные люди. Каждый из вас волен идти куда вздумается. Но также вы можете присоединиться к нашей общине, где любой человек свободен в своем выборе и имеет право голоса на наших собраниях.
До рабов сказанное мной доходило туго. Они стояли на месте, переминаясь с ноги на ногу и явно не понимая, что происходит. С крестьянами, которые достались мне в наследство вместе с крепостью, было проще – их до моего появления не связывали, не били, и не перевозили в вонючих, сырых трюмах кораблей, кормя отбросами.
Помог Винс. Своим громовым голосом он возвестил:
- Хозяйку слышали? Те, кто остается с нами, давайте помогайте собирать валежник и готовить ужин, если есть хотите.
А кто не с нами – уходите и не мешайтесь под ногами. Только, думаю, вас таких гордых и свободных быстро изловят патрульные Камелота, и поутру вы отправитесь обратно на невольничий рынок, если вас ночью не съедят волки.
Похоже, до бывших рабов начало доходить происходящее. Один из них бухнулся на колени, из его глаз потекли слезы:
- Не прогоняй нас, хозяйка! Разреши остаться с тобой!"
"Рядом с ним опустился на колени второй, за ним третий.
- Ты за всех-то не говори, - прохрипел с телеги Храбр. – Свобода подарок нелегкий, не каждый унести сможет. Бывает воля, которая хуже неволи покажется.
- Повторяю: если кому-то что-то не понравится, он может уйти в любое время, хоть сейчас, хоть позже, - жестко проговорила я. – Сейчас же Винс прав: если вы голодны и не хотите замерзнуть до утра, то прекращайте унижаться, вставайте с коленей, и помогайте другим собирать топливо для костров – ночи становятся всё холоднее...
Сгущающаяся темнота и далекий волчий вой сейчас были мне на руку: если кто-то из бывших рабов и подумывал уйти, то, скорее всего, сделает это поутру.
А сейчас все они, немного придя в себя от шока, занялись заготовкой топлива и розжигом костров. Храбр попытался было слезть с телеги, чтобы принять участие в общем деле, но я решительно его остановила:
- Еще наработаешься, воин, - проговорила я. – Самая лучшая помощь будет от тебя, если ты разрешишь обработать и перевязать твои раны.
