- А я видела в деревне голодных людей, у которых ты и твои люди собирались отнять последнее. Король далеко, а смерть от голода ближе, чем ты думаешь. На деревенском поле почти ничего не растет, охотиться нельзя, рыбу ловить тоже. Еще одна-две зимы, и люди или умрут, или сбегут. Что тогда ты будешь делать?
- Или умру, или сбегу, - вздохнул Винс. – В первом случае мое мясо склюют чайки и коршуны, или сожрут океанские акулы, так как хоронить на этих камнях непросто. Во втором, если поймают, мне отрубят ноги, чтоб неповадно было бегать с королевской земли.
- Значит, остается гнездо, - сказала я, кивнув на упругие ветви орешника, растущего вокруг в изобилии.
Винс почесал макушку, вздохнул, достал из-за пояса нож, и принялся за работу...
Несмотря на возраст, трудился он споро. Видно было, что этот человек всю жизнь работал руками, и то, что у любого моего современника заняло бы минимум целый день, было построено примерно за час.
Ветви векового дуба оказались отличной основой для плетеной площадки, способной выдержать нас двоих и укрыть от взгляда снизу.
Когда всё было готово, Винс натер свежих листьев между ладонями и раскидал вокруг чтоб отбить наш запах. После чего мы залезли наверх и притаились...
Ждать пришлось недолго.
К водопою вышел мощный кабан и принялся жадно пить, чавкая и прихрюкивая от удовольствия.
Винс приподнялся, прицелился, и спустил стрелу, которая угодила животному точно под лопатку.
Кабан завизжал на весь лес, но убегать не стал.
Заметался по берегу, выискивая обидчика, после чего, сообразив откуда прилетела боль, ринулся к дубу, на котором мы сидели.
Винс выпустил вторую стрелу, но в азарте охоты, рванув тетиву, не рассчитал баланс – и наше гнездо вместе с нами полетело на землю с трехметровой высоты.
Будь я в своем теле, думаю, тут бы мне и конец настал. Или шею б свернула, или инвалидом на всю жизнь осталась.
Но тело леди Элейн среагировало на падение интересно...
Приземлившись на ноги, я упала на бок, гася инерцию падения, кувырнулась – и вышла в положение на одном колене, не выпустив при этом копья из рук.
И этот неожиданный навык спас мне жизнь!
Разъяренный кабан бросился на меня, страшно и хрипло визжа, но я уперла древко копья в ствол дуба позади меня, и приняла на острие страшный удар массивной туши!
Кабан, приготовившийся вонзить клыки мне в лицо, насадился на копье раскрытой пастью. Дернулся раз, другой... И завалился на бок, суча ногами.
