— Глафира Андреевна, если вы не против, я мог бы сделать копию этих записок и передать Варваре Николаевне, — сказал Нелидов.
— Вы меня очень обяжете. А теперь давайте вернемся к нашим баранам. То есть посевам.
В самом деле, увлеклась лесным хозяйством и будущими внуками и забыла, с чего начала."
"Значит, минус треть на лес. Минус земля, которой пользуются крестьяне — по четыре десятины на душу, причем душой считаются только мужчины. Из того, что осталось, по записям Савелия, которые мне нужно будет проверить в этой поездке, примерно половина занята рожью, пшеницей и гречихой.
Самыми базовыми вещами, которые и не продашь-то особо, потому что урожайность здесь не сравнится с привычной мне. Один год засухи или дождей — и здравствуй, голод.
— Часть земель я хочу оставить под паром. Часть засеять льном и пеньковником. Если не затягивать с этим, успеют вызреть.
И, кстати, пеньковник, как все ветроопыляемые растения, дает очень много пыльцы — белкового питания для пчел.
— Остальное — под медоносы.
Гречиха…
— Я бы не советовал вам увлекаться ею, — сказал Нелидов. — В смысле, именно как источником меда. Вы не продадите дорого гречишный мед.
— Почему? — оторопела я.
— Вы меня проверяете, — улыбнулся он. — Чем белее мед, тем выше он ценится. Гречишный же… — Он развел руками, будто не желая повторять очевидное.
— Дешевый мед лучше, чем никакого. Но хорошо, оставим в покое гречиху, тем более что она и так уже высажена и пчелы ее найдут, если захотят. Значит, горчица, огуречник, клевер…
— Клевер зацветет только на следующий год.
— Если Глафира Андреевна планирует на шестьдесят лет вперед, то до следующего года она точно намерена дожить, — сказал Стрельцов, и я так и не поняла, чего больше было в его голосе — иронии или восхищения.
— Донник тоже двулетник, — сказала я. — И синяк, но ничего страшного. Синяка хорошо бы высадить побольше.
— Вы всерьез собираетесь засаживать поля сорняком?
Я вздохнула.
— Этот сорняк дает в десять раз больше меда с десятины, чем та же гречиха.
Лучше него только липа, но та будет цвести недолго, а сорняк — до конца лета. И засуха ему не страшна.
— Убедили, — улыбнулся управляющий. — Осталось убедить мужиков собрать для вас семена по осени, чтобы по весне заложить посадки под семенники.
Я моргнула. Только сейчас до меня дошло — по-настоящему дошло, не до головы, а до эмоций, что в этом мире «купить семена» — это не бросить несколько упаковок в корзинку, реальную или электронную.
