– И чего? – хмыкнула краса ненаглядная. – Дерьмо отсюда раз в сто лет вывозят. И только летом, потому что оно воняет. Когда холодно, никто не приезжает. Мешки сюда две наши улицы сбрасывают. У других свои места. Вон мои тюки.
Я всмотрелся в груды отходов.
– Где?
– Зеленые сумки, – объяснила Марина, – типа пластиковые мешки. Нашла их у бабки на чердаке. Не знаю, где она их взяла. Двенадцать штук! Как раз все барахло в них и влезло. Забирайте все! И чужое тоже хватайте. Дерьма не жалко. Денежки! Мне!
Но я решил так просто не сдаваться.
– Сначала посмотрю, что в пакетах.
– Ох и жадный вы, дядя, – укорила меня внученька Дегуниной.
Я молча пошел по тюкам к островку зеленого цвета. Радость, господа, можно найти везде, даже в канаве, куда сваливают отходы. И чем сейчас я доволен? А тем, что днем слегка подморозило, поэтому я иду по пакетам и узлам, как по Тверской. Вот утром градусник показывал плюс один, и тогда бы я не смог легко пробежаться по объедкам, ноги начали бы проваливаться. Но при условии небольшого морозца променад по отбросам даже приятен.
Я добрался до первой сумки, открыл ее, увидел папки, общие тетради, вытащил одну, прочитал на обложке: «Ольга Валерьевна. Навязчивые состояния». И понял: Марина меня не обманула.
Можно я не стану живописать, как вытаскивал кули из оврага, как запихивал их в машину, как забил багажник, заднее сиденье, нагромоздил торбы до потолка, оккупировал и переднее пассажирское кресло? Быстро такую работу не выполнишь, устал я изрядно, поэтому, подъехав к дому, где располагался офис, позвонил Борису и попросил:
– Найдите нашего дворника, пусть поможет перетащить мою добычу наверх.
– Что-то интересное нашли? – спросил батлер.
– Пока не знаю, – признался я, – надо посмотреть, может, ерунда, а может, и нет."
"Не прошло и часа, как зеленые сумки оказались в холле квартиры, где располагалось наше детективное агентство.
– Странный запах, – поморщился Борис. – Где вы раздобыли архив Марины?
– На помойке, – ответил я и добавил: – В прямом смысле слова, поэтому аромат от улова специфический.
Рыться в торбах не особенно привлекательное занятие, но иного способа найти информацию об Алексее у нас нет. Если Катя правильно поняла слова матери, если ее отец и впрямь находился на лечении в психиатрической клинике, то вдруг у него были суицидальные наклонности? Вдруг со смертью Войкова дело обстоит не так, как указано в документах? Давайте сначала разберемся в том, что произошло, и сообщим правду Ирэн.
