И как он жаловался Викингу, что нельзя толком постоять перед зданием, и как просил парковочное место…
— Сереж, я сейчас подойду, а пока дай нам договорить!
Едва за Пермяковым захлопнулась дверь, я повернулась к жениху.
— Наверное, нам и правда стоит пожить отдельно друг от друга, Паш. — Эти слова давались мне на удивление легко. — У нас, наверное, кризис в отношениях или что-то типа того.
— Мы по-прежнему вместе! — облегченно воскликнул Пашка. — Я вечером заеду, заберу кое-какие вещи.
— Конечно! — Сердце болезненно сжалось: я не представляла нашу квартиру без Кальянова.
— Забирай что хочешь.
— И машину, хорошо? — быстро спросил Кальянов. — Витя далеко от метро живет, пока доберешься…
Я чуть было не сказала «Нет, это моя машина», но вовремя одумалась: мстительность и мелочность — это не мои качества. Я всегда была выше этого.
— Хорошо. — Я кивнула. Диалог превращался в разговор двух бывших, которые делят имущество. И мне это совсем не нравилось. — Конечно, езди на ней.
Кальянов ласково погладил меня по плечу.
— Спасибо, Катюш. Вот увидишь, наши отношения после паузы только улучшатся.
Я кивнула и первой пошла к выходу.
— Паш! — Я остановилась около двери. — Ты же теперь будешь получать зарплату.
— Ну конечно!
— Тогда не забудь мне скинуть половину платежа за машину, как раньше это делал. Кредит я плачу каждый месяц до двадцатого числа, если ты забыл.
Кальянов сощурился, потом явно о чем-то подумал и согласно кивнул.
— Я обязательно переведу тебе деньги. Не переживай.
На душе тоскливо: мы с Пашком словно расписались в провале нашей совместной жизни, да еще и за три месяца до свадьбы! И я малодушно согласилась на эту паузу вместо того, чтобы честно с ним поговорить, сказать, что не устраивает.
"
"Ну и как бы ты ему сказала, что Баринов целуется в сотни раз лучше, чем он? Что от одной мысли о Савве все внутри сладко сжимается? А, Кать? Да Пашка тут же бы тебя бросил и ушел насовсем!
Я еще продолжала ругаться со своим внутренним голосом, когда меня окликнул Викинг. Савва стоял посередине коридора, широко расставив длинные ноги и раскинув руки в стороны.
Стройный, подтянутый, Баринов был похож на спортсмена, который специально надел строгий костюм, чтобы выйти на сцену и получить заслуженную награду.
— Ты прячешься от меня? — Савва шел прямо, не опуская руки. Даже при желании я не смогла бы прошмыгнуть мимо.
— Нет, даже не надейся. — Я оглянулась на всякий случай. Никого.
Баринов подошел еще ближе, мне казалось, он вот-вот меня обнимет.
