Да, иногда люди ссорятся и долго не разговаривают друг с другом, но это не от большого ума!
— Приеду, а он там с этой Никой развлекается, — мрачно предположила я. — Лучше уж тут умереть.
— Если он сказал, что не нанимал эту девицу, значит, не нанимал. — Лисецкая все пыталась меня успокоить. — Но я и тебя понимаю: один раз обманул, не сказал, скрыл — и все, верить уже сложнее. Съезди хотя бы кота своего проведай.
И я поехала. Сердце тоскливо сжалось, когда я с улицы увидела темные окна его квартиры. Что ж, хотя бы и правда Самсона проведаю, а может, останусь подождать его хозяина.
Но рыжий мейн-кун вовсе не ждал меня у двери, меня встретила оглушающая тишина, я сразу поняла, что никого в квартире нет. И все же позвала:
— Самсон… Самсон!
Тишина.
Дурное предчувствие заставило быстро пройтись по квартире, заглянуть на кухню и в ванную, проверить одежду и убедиться: Баринов уехал. И кота забрал.
Я сидела на полу в его гостиной и не представляла, как я буду жить без него. Ведь однажды он уже уезжал, когда решил, что я выбрала Кальянова.
Плюнул на все и пропал на два года. Савва не из тех, кого можно удержать.
Опасения подтвердились на следующий же день — Баринов продлил свой отпуск еще на три дня.
— Там что-то личное, как я понял, — по секрету шепнул Козлов и сочувствующе посмотрел на меня. — Но с акционерами на связи, право подписи у финдира, так что все нормально, с «Элиотом» ничего не случится без него.
Я чуть было не ляпнула, что мне глубоко плевать, что там с «Элиотом».
— Кстати, Лурия увольняется, одним днем, — сменил тему Козлов.
— Вместо Баринова ей финдир сегодня все подпишет. Не хочешь с ней попрощаться?
Олеську я не видела недели три — она сначала ушла в отпуск, потом взяла больничный и вот теперь уходит из «Элиота», пропустив все наши войны и интриги. Я ей даже позавидовала.
— Привет, Кать. — Олеся опустошала свои ящики, отбирая то, что возьмет с собой, а остальное скидывала в мусорную корзину, которая была заполнена уже почти до верха. — Пришла проститься?
— Ага. — Я смотрела на собиравшуюся Лурию и понимала, что давно уже с ней простилась, намного раньше, чем с Дилей.
Баринов добился своего — я многих людей увидела в истинном свете, осталось разобраться только с самим Саввой. — Нашла новую работу, Олесь?
— Я переезжаю в Питер, — охотно ответила Лурия. За три недели, что мы не виделись, Олеся чуть похудела, лицо чуть заострилось, но ей шло. — Новый город, новая работа, новая жизнь. Уверена, без меня ты скучать не будешь.
— Не буду.
