А ты решил, что с пиарщиками тебе лучше будет?
— Ну да. — Как ни в чем не бывало кивнул Паша. — Савва же говорил, что нам лучше не подчеркивать, что мы вместе, ну там по этическим соображениям. А тут, считай, муж и жена в одном кабинете сидят на работе.
— Мы еще не поженились, Паш, — я чуть не опешила от его слов. Муж и жена? Да ты решил от меня сбежать к приятелю, гад!
— Ну так поженимся. А сложные моменты бывают у всех пар, — Кальянов еще раз оглянулся. Никого рядом не было, тогда Паша подошел ближе и приобнял меня.
— Катюш, я подумал, может, я пока останусь сегодня? Поужинаем дома вместе, завтра я уже перееду к Вите. Я хочу эту ночь провести с тобой.
— Что?! — выдохнула я с таким возмущением, что Пашка непонимающе отшатнулся. — Какой ужин, Кальянов?! Какая, к чертям, ночь?! Да ты даже не стал вечера дожидаться, чтобы дома мне все сказать, затащил утром в переговорку! А теперь передумал?
Я сама от себя не ожидала такой тирады, не то что Паша. Он явно обиделся, а меня все еще трясло от гнева.
— Ну значит, не зря я решил пожить отдельно, — наконец выдал он. — Я чувствовал, что ты уже не такая как раньше…
— Какая как раньше, Паш? — Мне хотелось орать и плевать, что мы в офисе. — Какая? Это я твоего кота сбагрила Савве?! Это я полночи не понятно где шлялась? Ты даже не соизволил объясниться! Ты так хочешь на мне жениться, что никак не найдешь время встретиться нам всем вместе с родителями и обсудить свадьбу!
— Да не кричи ты! — Пашка испуганно заозирался. Мы стояли не так уж и далеко от приемной Тимура, наверняка меня там слышали.
— Понял, я. Понял! Только не забывай, что я по-прежнему живу в нашей квартире. И… в любое время могу вернуться. И вообще, эту ночь я буду спать в своей постели!"
"— Да спи где хочешь, — фыркнула я, а Пашка болезненно скривился, словно я ему в лицо плюнула. — Ты обидел меня, очень сильно обидел. Я понимаю, все бывает в жизни, у нас всегда гладко все было, мы и не ругались особо, а тут прорвало… я не против пожить отдельно, но вот без этой беготни туда-обратно, ясно?
— Просто скажи, что любишь меня, Кать, — грустно прошептал Пашка.
— Скажи, что не разлюбила, что по-прежнему хочешь за меня замуж.
Я растерялась. Стало настолько жалко Кальянова, что раздражение, которое еще мгновение назад выплескивалось из меня, сейчас куда-то испарилось. В груди стало тесно от тоски.
— Паш…, - я запнулась, на секунду прикрыла глаза и заставила себя сказать ему то, что чувствовала.
