Как этому человеку удалось справиться с подобным в одиночку? Неужели он в самом деле не моргнув глазом смог срезать собственную омертвевшую плоть вокруг загноившейся раны? Голова Мо Жаня закружилась при одной мысли об этом. Да он вообще человек?!
Он не мог не вспомнить, как совсем недавно промывал рану Ши Мэя и тот со слезами на глазах тихо всхлипывал от боли. Несмотря на сильную ненависть к Чу Ваньнину, он не мог не отдать должное его выносливости.
Старейшина Юйхэн был действительно крутой мужик! Ебать, как впечатляет! И правда, охренительно!
Мо Жань постоял немного, прежде чем нарушил молчание.
Он дважды слегка кашлянул, поднялся на цыпочки и неловко пробормотал:
— За то, что до этого случилось в доме семьи Чэнь… простите, Учитель.
Чу Ваньнин ничего не ответил. Мо Жань украдкой взглянул на него:
— Тогда я не должен был кричать на вас.
Чу Ваньнин продолжал игнорировать его, натянув на лицо маску холодного безразличия. Как всегда! И хотя его лицо ничего не выражало, но в глубине души он чувствовал себя обиженным, поэтому продолжал хранить молчание.
Не дождавшись ответа, Мо Жань подошел сам. Только вблизи стало понятно, что, пытаясь перевязать рану, Чу Ваньнин только испортил бинты. Марля была накручена вокруг его шеи и плеча, как будто он пытался связать краба. С другой стороны, стоило ли ожидать правильной перевязки от человека, который даже не умел стирать собственную одежду как следует?
Вздохнув, Мо Жань сказал:
— Учитель, не злитесь.
— В каком месте ты увидел, что я злюсь? — огрызнулся Чу Ваньнин.
Прошло некоторое время.
— Учитель, так не перевязывают...
Еще одно хлесткое:
— Хочешь научить меня?
Мо Жань поднял руку, неосознанно желая поправить бинты на плече. Но когда посмотрел на выражение лица Чу Ваньнина, то заколебался, прикидывая, насколько высока вероятность получить за эту вольность хлесткую пощечину. Рука опустилась, но потом снова поднялась. И это повторилось несколько раз. Чу Ваньнин разозлился и бросил на него косой взгляд:
— Ты что делаешь? Хочешь меня ударить или что?
Он действительно хотел ударить его, но не сейчас.
Мо Жань раздраженно ухмыльнулся и вдруг положил руку на плечо Чу Ваньнина. К черту последствия! На его щеках появились озорные ямочки:
— Учитель, я помогу вам заново сделать перевязку."
"Сначала Чу Ваньнин хотел отказаться, но теплые пальцы уже были на его плече и во рту вдруг внезапно пересохло. Бледные губы слегка шевельнулись, но он ничего не сказал и просто позволил Мо Жаню делать все, что он хочет.
