И сейчас дружинник ищет нового нанимателя.
Я задумчиво потер ладонью подбородок. И Иван торопливо продолжил, видя мое сомнение:
— Алексей Алексеевич отпустил охрану. Оставил только четверых самых близких. Братец невиновен в том, что глава семьи погиб.
— А чем владеет? — поинтересовался я.
— Тайная магия, — с неохотой ответил Иван.
— Вот как? А основной стиль какой?
Тайная магия относилась к красному цвету силы. И способности серий были в основном вспомогательными.
— Это и есть основной, — буркнул Иван. — Но владеет он им на уровне Легенды.
У меня аж челюсть от этой информации отвисла. Наставников, которые могли обучать тайной магии, во всем мире были единицы.
— Да ладно? Что же ты раньше молчал? Когда он сможет прийти?
— Сегодня. Только…
Иван замялся, словно бы не зная, как сказать что-то очень важное.
— Что? Да не томи ты, ирод! Говори! Он проигрался и должен много денег? Или под наблюдением охранки?
— Нет. У него есть одна маленькая… странность.
— Ну, кто из нас без них. Ладно, пригласи своего братца на разговор.
Как говоришь, его зовут?
— Иван, — ответил бывший начальник дружины.
— Твой тезка, значит. Буду ждать.
Я покосился на манекены, словно намекая, что разговор окончен. И боец кивнул:
— Я свяжусь с ним. И дам вам знать.
Дружинник развернулся и направился к дверям. Я же прошел на тренировочную площадку и сел на коврик, погружаясь в транс.
Сознание заволокло дымом. И я словно оказался в доме, заполненном ядовитым смогом. Шагнул вперед, и из марева передо мной появился энэнра:
— Давненько тебя не было видно, — растянув губы в усмешке, начал он.
— Решил поучиться чему новому?
— Все так.
— Ну, ученье свет, — протянул сотканный из дыма дух. И отступил в сторону:
— Проходи.
Передо мной возник стол, на котором, как на ткацком станке красовались полупрозрачные серые нити. Энэнра встал у стола и принялся плести узоры, создавая сеть. Я осторожно начал повторять за ним, соединяя атаки в связки.
Знаков плетений в школе энэнра было немного. Но меняя местами знаки, можно было получить новую комбинацию.
Обычно это делалось под надзором учителя — наставника. У меня же этот процесс проходил спонтанно. Впрочем, иногда мне подсказывал дух дыма. Но подобное случалось крайне редко. И только когда у него было хорошее настроение. Так что учился я в основном методом проб и ошибок.
Это была долгая и кропотливая работа. Она могла занять весь день. Особенно учитывая, что в состоянии глубокой медитации время текло по-другому.
