Как ни странно, мы довольно быстро и без каких-либо проволочек смогли открыть и зарегистрировать компанию, взять целевой кредит, подобрать подходящие площади, чтобы развернуть производство небольших партий хамика и цех по модификации экипировки. А вот что оказалось для нас настоящим нежданчиком, так это то, что заказы на нашу продукцию повалили чуть ли не косяком. Мы и заметить не успели, как обросли клиентами не только из числа своих знакомых, приятелей и их знакомых из туристической среды, а и новыми клиентами из других городов и регионов.
Даже в Монголии мои названые братья заинтересовались и попросили образцы.
– А ты продолжал работать на своем научно-исследовательском производстве? – выясняла интересующие ее детали Клавдия.
– Какое-то время, – кивнул Матвей. – Все-таки хамик был не единственным направлением моей научной деятельности, и мне было интересно то, чем я занимался параллельно с его разработкой. Но потом случилась СВО.
– И что? – не поняла Клавдия, не очень удачно пошутив.
– Все ушли на фронт?
– Нет, – помолчав, посмотрел на нее задумчиво Матвей, странным таким взглядом, от которого Клавдии стало даже несколько неловко за свою шутку. – Не все. Кое-кто остался. Просто неожиданно выяснилось, что хамик оказался продуктом так называемого двойного назначения. Это сразу же смекнул наш третий друг, соратник и партнер Геннадий Варов, бывший военный, полковник в отставке по ранению. Он не просто предложил, а настоял, что надо нам выходить на министерство обороны.
Но имелось несколько сложных для такого предложения моментов. Во-первых, материал хоть и прошел все необходимое тестирование, проверки и положенное лицензирование, но был вообще-то дорогостоящим в производстве, из-за нескольких входящих в его состав компонентов. А второй момент: мы производили хамик весьма ограниченным объемом, а для промышленных масштабов требовались серьезные вливания и затраты на производство и отладку специального оборудования, пусть и не сложного, в основном на базе имеющегося и используемого в подобного рода промышленности, но все же.
В общем, возникла куча вопросов и больших сомнений: а надо ли нам вообще во все это влезать?
– В каком смысле «во все это»? – уточнила Клавдия. – В военную операцию как таковую? Вы с твоими партнерами вообще как к ней отнеслись? Ты лично как относишься к СВО? Поддерживаешь?
Ладожский ответил не сразу. Привычно помолчал, всматриваясь в выражение лица Клавдии.
