А когда закончили «утешать» друг друга…"
"Не, как-то че-то обоим не понравилось – фигня какая-то невнятная получилась, вынужденно признали оба. И, принявшись обсуждать эту непонятку, вспоминая некоторые идиотские моменты, которые случились в процессе, обсмеяли и оборжали свои карикатурные потуги на секс, тут же переводя все в анекдот и фарс. А нахохотавшись до колик в животе, посовещались и решили, что эта попытка прошла неудачно из-за опьянения Клавдии, легкого подпития Васи и кучи орущего в непосредственной близости от их «ложа любви» пьяного, веселящегося народа.
И надо бы все повторить на трезвую голову.
Для чистоты эксперимента, так сказать.
Ну и повторили на те самые «чистые и трезвые» головы на следующий же день в комнате общежития, в которой проживал Василий, воспользовавшись удачным отсутствием двух его соседей по жилплощади, гулявших в этот момент где-то по Москве с девушками.
– Не… – покрутив головой, произнесла Клавдия по завершении интимной части их встречи.
– Как-то это…
– …не то, – закончил за нее мысль Василий, полностью солидаризировавшись с подругой. – Надо признать, Клавуня, friendly sex – это не наш с тобой путь.
– Точно, не наш, – подтвердила Клава и поделилась эмоциями: – Такое ощущение, что мы какой-то инцест гадкий совершаем.
– Ну, есть и положительная сторона в этой истории, – преувеличенно философским тоном заметил Вася. – Проведя чистый эксперимент, мы поняли, что наша с тобой духовно-родственная связь прочнее, выше и глубже, чем телесная.
– Вася! – призвала к порядку раздухарившегося друга Клавдия.
– Проще говоря, – переходя с наигранно-пафосного на обыденный тон, пояснил Василий, – секс – это не наша с тобой история, Клавуня. Высшие силы решили, что дружбы и родства душ с нас более чем достаточно.
– Да и аминь, – порадовалась этому обстоятельству Клава. – Слава богу, не будет поводов ругаться и расставаться из-за интимных разногласий, неудовлетворенности и недовольства.
И посмотрела на него в ожидании поддержки, и, увидев, какую мину скорчил при ее словах Васька, начала тихонько посмеиваться, а он, конечно, поддержал, сказал тут же какую-то ужасно смешную и уместную, прямо в точку, хохму. Клавдия начала ржать уже во весь голос, и через пять минут они хохотали как сумасшедшие, ничуть не смущаясь наготы друг друга и того, что продолжают валяться в постели.
