— Да ничего мы не слышали и не знаем! — подал голос стоящий у двери дворник. — Просто там место очень опасное. Даже если и готовили что-то Высшие, то они не будут перед простыми химерами отчёт держать. Мы же для них пыль.
— Пошёл вон, — не оборачиваясь приказал я, оставляя Мамуеву без поддержки.
— Ну что ты, господин, — заканючила Тамарка, оставшись одна. — Верь нам. Ничего не ведаем.
— Верить вам по определению нельзя. Но раз уговоры не помогли, тогда переходим к следующей интересной игре. Называется «Право выбора».
Либо ты сейчас рассказываешь всё про Баклу, либо переписываешь на меня всю свою недвижимость.
— Я в такие игры не играю, — оскалилась химера. — И ты не будешь. Заложить нас не выйдет — «паровозом» пойдёшь!
— Тогда…
Резко выхватив Таракана, я приставил нож к горлу Тамарки.
— Знаешь, что это за ножичек?
— Да, — прохрипела она.
— Либо ты делаешь выбор, либо я тебя убиваю. Заметь, без возможности снова оказаться в Преисподней и обрести новое тело."
"— Я не могу ничего сказать.
Блоки Высших в голове. Хоть слово ляпну — тоже смерть без возможности начать всё заново. Убери лезвие. Достаточно одной царапины, чтобы случилось непоправимое.
— Какое задание вы получили?
— Не могу сказать.
— Как пробрались в столицу? Кто помогал?
— Не могу сказать.
— Вы сами по себе или в составе группы?
— Не могу сказать.
Видно, что химера жутко боится меня, но действительно, блоки демонов не дают ей возможности спасти свою поганую жизнёнку.
— Хорошо, — сдался я. — Значит, сейчас идём к нотариусу, и ты оформляешь дарственную на свой доходный дом.
— Чтобы ты меня потом убил и всё себе захапал?
— Нет. Чтобы быть уверенным, что вы с Тимуром больше не станете на меня покушения устраивать и Сущностей со стороны не натравите. Ну, а пока я жив, будете существовать, как и раньше. Слуги мне не помешают. Обещаю, что в вашей жизни мало что изменится.
— Но если я не буду хозяйкой, то не смогу зарабатывать, а значит, потеряю возможность расширить свои владения.
— Хочешь умереть богатой? СОВСЕМ умереть? Сейчас устрою.
— Подожди! Согласна! — завопила Мамуева, чувствуя, как лезвие Таракана всё плотнее и плотнее прижимается к её коже. — Убери оружие!
Пока «девушка не остыла», взял Тамарку под ручку и поволок в нотариальную контору, где нам быстро заверили дарственную. Думал, на этом всё и можно поздравить себя с приобретением пары четырёхэтажных подъездов. Но Мамуева расстроила. Оказывается, мало одной дарственной.
