И теперь, помноженная на материнскую хладнокровность, она дает совершенно нерегулируемый и непредсказуемый результат.
Дарья замирает, вытягивается стрункой, дышит мне в ладонь злобно. Но, вроде, орать не планирует.
Я аккуратно отпускаю руку и чуть ослабляю давление.
И она тут же вознаграждает меня жестким тычком локтя в живот и ударом головой по зубам.
Ах ты, коза блядская!
В глазах прямо искры, потому что по лицу удачно попала, так, что зубы клацнули.
Отпускаю, она тут же отскакивает в противоположную сторону комнаты, стоит там, у кровати, собранная, злая, глазищи сверкают, как у кошки дикой.
И, если б не искры в глазах, даже залюбовался бы. Но пока что фейерверк мешает!
- Ты… Вы… Какого хера? - Орет она, уже не сдерживаясь.
- А ты чего шляешься? Устал ждать, - бурчу я и топаю на кухню за льдом.
Завтра у меня встреча с журналистами. Ну надо же, бля! Ну удружила же! И опять я материться начал! Все она виновата, дрянь несдержанная!
- Какого хера вы меня тут ждете? – опять орет она, - в моей квартире?
- Она моя!
Я хлопаю дверцей холодильника с досадой, прикладываю к подбородку и носу заодно замороженный горошек.
- Не ваша! У меня – договор!
Она стоит на прежнем месте, смотрит зло, сдувает волосы со лба.
- У тебя – филькина грамота! Сейчас я вызову полицию, и тебя отсюда выставят. Хочешь?
- Попробуй, - шипит она, оскаливаясь злобно, - сразу огласка будет на весь город! Хочешь?
Уела, коза.
Стою, смотрю на нее в бешенстве.
Ну вот как, скажите мне, как можно быть такой бесячей и такой сексуальной?
Она без майки, грудь так и рвется в простеньком белье, вся точеная, красивая такая! И как у меня в моем состоянии может встать?
Загадка, бля.
И матерюсь еще.
Никакого, бля, контроля!
- Итак, возвращаемся к первому вопросу, - чеканит она, чувствуя превосходство, - что вы здесь забыли?
- Хотел тебя на ужин пригласить, дура, - бурчу я и иду в ванную, где в зеркале пытаюсь оценить нанесенный ущерб.
- А это нормально вообще, что вы вот так вот ворвались? Какой может быть ужин? И вообще, с чего вы взяли, что я… Соглашусь?
Она идет следом, облокачивается на косяк, складывает руки под грудью, еще больше акцентируя внимание на этой, без всяких сомнений , выдающейся части своего тела. И самой классной. Хотя…
Задница тоже ничего у нее. И губы. И глаза. И живот. И спина… Да она вообще вся из этих вкусных частей состоит.
