Неловко и слабо, но он улавливает мой ответ, тихо рычит, звук словно не из горла, а прямо из груди идет, вступает в резонанс с моим диким стуком сердца, рождает ответную вибрацию.
И я делаю следующий шаг. Обхватываю его за шею. Не для того, чтоб, как в прошлый раз, вонзить ногти в загривок. Нет. Для того, чтоб побудить к дальнейшим действиям.
И да, я отдаю себе в этом отчет.
Я его терпеть не могу.
Его и подобных ему властных мудаков. Но я его почему-то хочу. И, кажется, еще с тех пор, как ощутила его горячее жесткое тело на себе.
Просто тогда я не понимала, униженная и напуганная дикостью ситуациии.
А сейчас… Сейчас понимаю. Очень хорошо понимаю.
А еще понимаю, что это первый такой бешеный отклик тела за многие годы.
Я так хотела только своего бывшего мужа, такого же властного мудака, как и этот.
Хотела настолько, что позволила этой твари сделать с собой все, что ему приходило в голову. И поплатилась в итоге.
Но тогда я была очень молоденькой. И глупой. И не могла ничего контролировать.
А теперь – могу.
И буду.
Я вонзаю ногти в его загривок. Предупреждающе.
И он тут же отрывается от моих губ. Смотрит. В глазах – беда. Погибель моя. Они настолько безумные, что я без труда прочитываю все проносящиеся в его воспаленном мозгу порно-картинки. С моим участием.
И, черт!
Я дико в этот момент хочу воплотить их в жизнь!
Он дышит тяжело, смотрит на мои красные натертые губы.
- Так. Или сваливай, или раздевайся.
Голос, хриплый, возбужденный, режет прямо по животу, остро и болезненно.
Уйти? Мне уйти?
Пока я пытаюсь отдышаться и придумать правильный остроумный ответ… Да, черт, просто для себя найти оправдания тому, что я хочу остаться, мудак все решает за меня.
Совершенно по-мудацки. Властно.
- Все, время вышло.
Одним махом перепрыгивает стол, оказавшись рядом со мной, и , пока я оторопеваю от резкости этого движения, дергает за талию к себе, опять целуя. Только уже с полным осознанием потери тормозов.
И я отвечаю.
Сразу.
С огромным облегчением!
Обнимаю, вплетаю пальцы в его волосы, тяну на себя, прижимаюсь всем телом.
Он с такой готовностью обхватывает меня, сжимает, как-то очень быстро стаскивая пиджак и дергая пуговицы на рубашке. Обнажает плечо, разглядывает мою шею и ключицы жадными глазами, хрипит довольно:
- Так и думал…
А потом идет по своей, уже проложенной дорожке, целуя и кусая ровно в тех местах, где остались следы с прошлого раза.
А меня кроет. Так сильно, что на ногах не могу стоять.
