Впрочем, это не имело значения. Данило всегда был джентльменом, и через несколько часов он станет моим мужем. Мой долг подчиниться ему, и я сделаю это."
"Мой парикмахер занял мамино место и начала закалывать мои светлые волосы, укладывая в них жемчужины и нити белого золота. Мама заметила, что София борется с прической, и быстро подошла к ней.
— Прекрати, София. Ты уже распутала несколько прядей.
София опустила руки с покорным видом. Потом ее голубые глаза встретились с моими. Я улыбнулась ей. Избегая дергающих рук мамы, она подошла ко мне и посмотрела на меня.
— Не могу дождаться, когда стану невестой.
— Сначала тебе нужно закончишь школу, — поддразнила я ее.
Ей было всего одиннадцать, и она еще никому не была обещана. Для нее свадьба это выглядеть красивой и выйти замуж за рыцаря. Я завидовала ее невежеству.
— Готово, — объявил парикмахер и отступила на шаг.
— Спасибо, — сказала я. Она кивнула и быстро выскользнула, давая нам время.
Платье было совершенно ошеломляющим. Я не могла перестать любоваться собой в зеркале, поворачиваясь налево и направо.
Вышитые жемчугом и серебром нити красиво отражали свет, а юбка была мечтой, состоящей из нескольких слоев тончайшего тюля. Мама покачала головой, слезы застилали ей глаза.
— Не плачь, мама, — предупредила я ее. — Ты испортишь макияж. И если ты начнешь плакать, я тоже заплачу, и тогда мой макияж тоже будет испорчен.
Мама кивнула, моргая.
— Ты права, Фина. — Она промокнула глаза уголком салфетки.
Мама не относилась к эмоциональному типу.
Она была похожа на своего брата, моего дядю Данте. София просияла взглянув на меня.
Раздался стук в дверь, и папа заглянул. Он замер и медленно шагнул внутрь, не сказав ни слова. Я видела эмоции, плывущие в его глазах, но он никогда не показывал этого открыто. Он подошел ко мне и коснулся двумя пальцами моих щек.
— Голубка, ты самая красивая невеста, которую я когда-либо видел.
Мама подняла брови в притворном шоке. Папа рассмеялся, взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев.
— Ты, конечно, была потрясающей невестой, Инес.
— Что насчет меня? — спросила София. — Может быть, я буду еще красивее?
Папа поднял палец.
— Я всегда буду считать тебя своей маленькой дочерью. Никакого брака для тебя.
София надулась, а папа покачал головой.
— Нам нужно идти в церковь.
Он поцеловал меня в щеку и взял Софию за руку. Все трое вышли. Мама снова повернулась ко мне и гордо улыбнулась. Сэмюэль появился в дверях, одетый в черный костюм и синий галстук.
