— Она помолчала, не таясь разглядывая Мартису, потом прямо сказала: — А вы на нее не очень похожи.
Мартиса улыбнулась:
— На Мэри? Нет, я не очень на нее похожа."
"— Совсем непохожи. Вы красивее. Не скажу, что миледи замка не была милашкой, она была хорошенькая, и мы ее любили, все любили. Это был печальный день, когда она нас покинула. А уж его светлость как убивался! Говорят, он кричал как от боли. — Она немного помолчала. — Теперь леди Мэри с нашим Спасителем. Да, грустно, когда умирают молодые, правда? Видно, Господь забирает молодых, когда он того хочет.
— Да, конечно, — пробормотала Мартиса.
Пегги повернулась к ней спиной, подошла к очагу, где на камнях грелся чайник. Она заварила чай, налила его через ситечко и вернулась к Мартисе.
— Пегги, моя сестра часто приходила в деревню?
— О да, приходила.
— С лэрдом Кригэном?
— И с ним, и без него.
— Вот как?
— Леди Кригэн, она, знаете ли, всегда была готова помочь. Помню, однажды случилось кораблекрушение, а она как раз была здесь, уж как она расстраивалась… Вместе со всеми нами пыталась спасти одного ребенка, вся в грязи, в песке, как и все мы.
Но корабль очень сильно разбился, и никто не выжил, ни сыновья, ни дочери. — Она пожала плечами с выражением покорности судьбе. — Такое случается.
Мартиса кивнула.
Пегги посмотрела на дверь:
— И куда это моя девчонка запропастилась? Уже час назад должна была быть дома. Хозяину это не понравится. Раз он приехал, ей надо быть дома.
— У вас есть, дочь? — спросила Мартиса.
— Есть. Да вы ее видели вчера, миледи, это Кларисса. Моя девчонка. У меня три сына, и с ними, скажу я вам, никаких хлопот, а вот с ней хлопот не оберешься. — Она пожала плечами: — Помешана на мужчинах. И деревни ей мало, она мечтает о городской жизни. Ох, боюсь я за нее, миледи. Очень уж она быстро заводит знакомства с моряками. — Пегги вздохнула. — Слишком высоко метит.
Пегги вдруг встала и посмотрела в окно.
— A вот и они, мой муж Генри Каннингем и лэрд Кригэн.
Дверь открылась, и на пороге появился муж Пегги — седой мужчина добродушного вида; не верилось, что он был бы способен розгами научить уму-разуму своенравную Клариссу.
С ним вошел Брюс Кригэн. Шапку Генри Каннингем нес в руке. Увидев Мартису, он неуверенно улыбнулся.
— Леди Сент-Джеймс, вы делаете нам честь своим присутствием в этом скромном домике.
— Я только что попробовала лучшее песочное печенье во всем Шотландском нагорье, — сказана она. Это честь для меня, мистер Каннингем.
