На письменном столе горела свеча, а за окном темное небо начинало едва заметно светлеть, восходящее солнце пыталось проникнуть в комнату розоватыми лучами. Не дав себе времени задуматься, Мартиса вскочила с кровати и бросилась в гардеробную. В ту же секунду, когда дверь распахнулась, Брайан проснулся. Его волосы были спутаны со сна, но взгляд не был сонным. Одеяло сползло, открыв мускулистую грудь.
— В чем дело? — резко спросил он.
— В тебе! — Мартиса остановилась, воинственно подбоченившись. — Ты… как ты смеешь мне угрожать?!
Черные брови Брайана поползли вверх, он чуть заметно улыбнулся и устроился поудобнее, опираясь на локоть.
— Может, расскажешь поподробнее?
— И расскажу! Да, мне нужен изумруд. Он никогда не принадлежал Мэри, он всегда был моим. Какое-то время его хранила для меня Маргарет, но потом она решила, что будучи в Ричмонде, она находится в еще более опасном положении, чем я. Она сумела передать изумруд Мэри. А Мэри, возможно, попросила мужа сохранить его в безопасном месте. Возможно, он не знал происхождение изумруда, хотя мне не верится, что Мэри ему не рассказала.
Вот это, дорогой лэрд Кригэн, и есть правда, и советую в нее поверить!
— Вот как? — вежливо спросил он.
— Да, если ты рассчитываешь, что я обменяюсь с тобой брачными обетами, чтобы ты мог поймать убийцу. Я действительно приехала сюда и ради Мэри тоже. В это тебе тоже придется поверить. Она писала мне, как испугана, она была моей подругой, лучшей подругой. Если ее кто- то убил, то этот человек должен понести наказание.
— Кто-то, — пробормотал Брайан. — Означает ли это, что ты больше не думаешь, что убийцей был я? Или Брюс?
— Брюс мертв, он не мог ударить меня по голове, когда я была в склепе.
— Да, но я мог. Ведь я был там с тобой, вскоре после того как это произошло.
Мартиса ответила не сразу. Она подумала, что, будь у нее хоть капля здравого смысла, Брайан был бы для нее главным подозреваемым. Но любовь лишила ее здравого смысла. Вспомнив свой сон, Мартиса поежилась. Если бы он в самом деле хотел причинить ей вред, смогла бы она снова вернуть себе собственное сердце и бежать от него?
— Я в этой комнате, — сказала она.
Брайан отбросил одеяло и встал. Он спал обнаженным, но, казалось, ничего не замечал. Схватил Мартису за запястье и заставил посмотреть ему в глаза. Она сказала:
— Я тебя не подозреваю!
Мартиса уже жалела, что пришла. Когда он держал ее, как сейчас, это выводило ее из равновесия.
— Только при определенных условиях, — сказал он.
— Я тебя не понимаю.
