Всё летело с бешеной скоростью в адовую воронку событий, где я не всегда успевал маневрировать и принимать решения.
А затем, Глеб рассказал мне, как его пригласил к себе Сашка на разговор. Какие были выставлены условия и почему он не мог отказаться больше, не мог поменять свой выбор.
— Я ведь изначально не планировал влюбляться и потому не думал, что могу сам что-то потерять. Казалось, что мне и терять-то уже нечего. Но судьба та ещё шутница. Так ведь?
Молча киваю, но сама в данный момент тону в зыбучих песках. Вся моя боль с новой силой вернулась.
И буквально полосует внутренности грязными когтями. Накрываю свободной рукой лоб и часто-часто дышу. Высвобождаю вторую руку и встаю. Подхожу к кухонной зоне и бессмысленно переставляю по столешнице какую-то посуду. Разворачиваюсь и смотрю на Глеба.
— В том деле было замешано слишком много людей, которые из-за меня могли пострадать. Миша, который один воспитывал дочь, Дамир, который вырос в многодетной и финансово нестабильной семье и взваливший на себя ответственность по их содержанию, Артура, совсем молодого, но такого перспективного парня, который помимо всего является сыном политика, старика Антоныча, хотя за этого жука можно меньше всего беспокоится, и других парней из нашего ЧОПа, которые, так или иначе, были привлечены к той операции.
За каждым был грешок. Да, я сделал неправильный выбор, но сколько бы я ни крутил это в голове…
— То понимал, что правильного выбора на тот момент и не было? Так? Выбрать меня, но загубить судьбы многих людей, в том числе свою, а значит, и мою.
Выбрать условия Саши, но тогда поставить крест на нас с тобой, нашем будущем, — договариваю за Глеба, после чего между нами повисает долгая пауза.
— Да, — наконец выдыхает он осипшим голосом.
— А все те слова, что ты говорил мне в последнюю встречу?
Миронов болезненно морщится. Утыкается лбом в кулак, пару раз бьётся в него и качает головой.
— Решил, будет лучше, если ты меня возненавидишь.
— Но у тебя не вышло.
— Не вышло…
— Получается, Саша очень давно следил за мной?"
"— Получается так.
Ян, понимаю сейчас твои эмоции и да, Белов чудила, но… может, покажется странным услышать это от меня, но этот психопат реально о тебе пытался заботиться. Пусть и так извращённо. Только сейчас это начинаю понимать.
— Глеб, это не забота. Если он хотел того же, что и ты. То мог просто объединить свои силы с вашей командой, но он выбрал путь остаться ангельски чистеньким, а главное — решить за меня, за нас, нашу будущую жизнь.
