Выспаться, проветрить голову, чем-то себя отвлечь.
Как-то переключиться из этого режима вечного напряжения. Но всю дорогу до их московской квартиры, пока они молча сидели в салоне авто, стараясь не касаться друг друга, он думал только о том, что ляпнул Арданов.
Но даже эти мысли пришлось выкинуть из головы — потому что дома его поджидало очередное испытание.
Система безопасности дала сбой, заблокировав двери в часть комнат, включая обе спальни.
Любые попытки дозвониться в одиннадцать вечера в техподдержку не увенчались успехом.
Прислуга здесь появлялась лишь по утрам для уборки, охрану он давно отпустил.
Да и чем бы они помогли? Разве что двери бы вынесли.
Хай-тек, мать его…
Девчонка стояла посреди гостиной, сообщавшейся с кухней и столовой — единственной доступной им до утра территорией, если не считать санузла и душевой в дальнем конце коридора.
— И… что же делать?
Их взгляды, как по команде, приковались к роскошному полумесяцу громадного раскладного дивана — единственному доступному сегодня месту для сна.
— Дожидаться утра, — Глеб опустил телефон на полку декоративного стеллажа. — Надеюсь, перспектива спать в паре метров от мужа тебя не сильно пугает.
Она очевидно храбрилась, когда вскинула на него взгляд и мотнула головой:
— Переживу.
Ну, хоть кого-то грядущая ночь не пугала…
Глава 41
— Надеюсь, перспектива спать в паре метров от мужа тебя не сильно пугает.
Я приказала себе поднять на него взгляд, ничем не выдавая пожиравшего меня страха, мотнула головой:
— Переживу.
И спустя час с небольшим, по очереди приняв душ, мы улеглись на разные края безразмерного дивана. Уваров разыскал в сушилке пару своих футболок и домашние штаны. Одну из них супруг великодушно ссудил мне. Я, конечно, и не подумала отказываться, потонув в его футболке, надёжно укрывшей меня до колен, поэтому об отсутствии пижамы не волновалась.
Волновалась о другом. Лёжа в ночной тишине и стараясь не прислушиваться к его мерному дыханию, я думала о том, в какой хаос скатилась моя жизнь за последние несколько дней.
Я пыталась вернуть себе чувство определённости, понимания происходящего. А это было возможно, только если бы мне удалось вернуть ещё и ту ненависть, которую я до недавних пор питала к своему мужу.
И я пыталась, пыталась, пыталась, но не могла…
В тот вечер после первого выхода в свет всё изменилось. Хотела я того или нет — всё стало с ног на голову.
А поцелуй в библиотеке и коттедже проложили в этот хаос незаметную дорожку.
