— Зная всё это, деточка, что о муженьке своём думаешь? До сих пор его любишь?
Я вздрогнула, невольно скомкав переданную мне салфетку:
— Я его не…
— Ну не ври хоть себе-то, — проворчал Алексей Георгиевич и всучил мне стакан с водой, от которого пахло чем-то, подозрительно напоминавшим пустырник. — По глазам твоим вижу. Плевать тебе на всё, кроме него. Как и ему. Хоть ты нож ему сейчас в спину всади, он тебя и тут оправдает. До того у вас, радость моя, всё серьёзно.
И будто в подтверждение его слов в комнату прокрался его помощник Дмитрий, который чуть раньше и сопроводил меня в его комнату.
Он склонился к уху Алексея Георгиевича и что-то ему прошептал.
Дед расплылся в довольной улыбке. Кивнул ему и перевёл взгляд на меня:
— А у нас гость, Полина. Лёгок, представь себе, на помине.
Моё сердце застыло, будто вмиг позабыло, что нужно биться.
— Ну, что будем делать? Гоним или принимаем?
Глава 62
— Почему именно там?
Горькая, горькая ирония… Когда выяснилось, что Уваров не собирается уезжать, пока не поговорит со мной наедине, о чём он в крайне угрожающем тоне заявил местной прислуге, Алексей Георгиевич распорядился принять его в той самой зале, где мы впервые с ним встретились.
Там, где меня целую вечность назад поразила громом безумная новость — я выхожу замуж.
— Иди, иди, — подтолкнул меня дед к закрытым дверям залы. — И если выпендриваться начнёт и гонор показывать, тут же зови меня или прислугу. Ты поняла?
Я только и сподобилась кивнуть ему, усилием воли заставляя себя взяться за ручку.
Металл скользил во вспотевшей ладони, но бежать — тоже не выход.
Нужно поскорее со всем этим разобраться.
Он наверняка хочет развода. Лучше сразу всё это обговорить.
Я проскользнула в просторную гулкую залу, сейчас залитую тёплым закатным светом угасавшего дня.
Ощущение дикого дежавю застало меня врасплох. Мой муж стоял там же, где когда-то стоял незнакомец Уваров. Но разница всё же была. И большая.
Тот человек был собранным, отстранённым, невозмутимым деловым хищником.
А сейчас через всю залу на меня взирал его агрессивный двойник — с мрачным блеском в глазах и окаменевшей челюстью.
Он выпрямился, отступив от камина, рядом с которым стоял.
— Ты с ума сошла?
Вот так начало…
— Не уверена, что…
— Если ты так мечтала за что-то со мной поквитаться, не могла выбрать способ помилосерднее?
Он буквально рычал, наступая на меня, словно собирался тут же и прямо сейчас наказать за содеянное.
