— Ты же нарочно сука провоцируешь меня! А потом отшиваешь! У меня уже сил просто нет играть с тобой! Ебать тебя нельзя из-за беременности? Окей! Значит я возьму твой рот. И блядь больше не появляйся передо мной!
Он дергает меня, разворачивая к себе лицом и вынуждает встать на колени:
— Рот открыла! — приказывает, глядя мне в глаза.
— Ар-ртур Т-тигранович, — умоляю слезно.
— Рот, Лера!
Глотаю слезы. Этот мужчина просто дьявол! И как я могла перед ним хоть каплю вины испытывать? Он не человек!
Упрямо прикусываю губу, не собираясь подчиняться его унизительному приказу.
Ну не ударит же он меня в конце концов. Или…
Нет!
Уж не знаю, с чего он вдруг слетел с катушек, но Артур точно не сделает мне больно.
Сама не понимаю, откуда во мне такая твердая уверенность в мало знакомом мужчине, который к тому же ведет себя, как последний мудак. Но я не позволю ему так с собой обращаться.
Артур протягивает руку к моему лицу и грубо мажет большим пальцем по моим губам. Хмурится, будто от боли.
Дышит тяжело.
Прикрываю глаза, смаргивая слезы, и вдруг… все заканчивается.
Мое лицо останется без обжигающего тепла его ладони.
Слышу хлопок входной двери и непонимающе открываю глаза.
Он ушел?
Значит ощущение, что он не причинит мне вреда не подвело. Однако я не уверена, что рискну еще хоть раз вернуться в этот дом и проверить насколько может быть терпелив и благороден его хозяин.
Пожалуй Артур прав, на этом наше знакомство пора заканчивать…
Глава 53. ОН
Когда наконец возвращаюсь домой Леры уже нет.
На плите доготовленный борщ. Помытая посуда сохнет рядом с раковиной. Все чисто и так по-домашнему, что меня прямо тошнит от этого."
"От обуявшего меня приступа бешенства хватаю первый попавшийся под руку предмет и швыряю его об пол. По всей кухне разлетается стекло. И мне хочется верить, что от этого мне станет хоть немного легче, но почему-то ничего не помогает сбросить это ебанное напряжение внутри.
Я ведь потому и манекен решил бить с утра пораньше.
И сейчас два часа по лесу бегал, как заведенный. Нихуя не отпускает!
Снова хватаю какую-то кружку, но понимаю, что бить посуду какая-то бредово-истеричная тема, поэтому возвращаю чашку на место и тут же замечаю на столе лист бумаги.
На нем явно что-то написано.
Лера?
«Приятного аппетита. Извините. И спасибо».
И это все?!
Да она всю душу мне наизнанку вывернула и это все, что она может мне сказать?!
Кружка все же летит об пол.
