В кармане нахожу купюру, которую Тимофей мне кинул в карман.
Тимофей — вот у кого я займу денег.
“Мне срочно нужны деньги. Договор с врачом и контракт в хорошей клинике — три миллиона.”
Он же обещал сегодня, что роддом сможет мне помочь оплатить. Если Артур не найдет варианты, то я отправлюсь в бесплатный роддом, где рваные ночнушки, один душ на корпус.
Сын, смотри сколько мамам делает для твоего нормального рождения, чтобы все у тебя было. И отец был."
"Хорошо, куда деньги перечислить. Но! ты понимаешь, что всю эту сумму тебе нужно будет отработать? И не так, как сейчас.
А бежать ко мне, лететь по первому зову.
Кто бы сомневался, что Тимофей безвозмездно денег даст. Он быстрее душу дьяволу продаст, чем мне. Ну ничего, он не половой гигант, как мнит о себе. Придется немного потерпеть. Интересно, чтобы освободить одного мужика из плена, я вгоняю себя в плен. Дура ты, Карина-Катерина. В какие дебри влезла.
Можно было маме правду рассказать, что любила, забеременела, он исчез.
Мать бы поворчала, но приняла, помогла. А теперь завралась, к “легким” деньгами привыкла, что теперь делать — ума не приложу.
Пишу номер Артура, вру, что это ассистент.
“Странно как-то не на расчетный счет клиники деньги переводить, а какому-то Артуру Ч. Мне-то все равно, тебе отрабатывать. И у меня есть одно условие! Хочу, чтобы в первый секс после родов ты была невинна. Думаю, ты умная девочка, не надо рассказывать, что и как делается”.
Следующим сообщением идет чек.
Все, Карина, ты себя загнала в угол.
Набираю Артуру, никто не берет трубку. Сучонок, денег срубил и смылся… Вот тебе суды и нервотрепка. Ком в горле, кричу так, что внутри все болит. Живот становится каменный.
Набираю еще раз номер.
— Кулик Иван Алексеевич, слушаю вас, — незнакомый мужской голос. Что-то про полицию дальше.
— А Артур?
— Артур? А так, это вы та девушка, с которой он деньги вымогал. Артура вы нескоро увидите, лет через пять, как минимум. А если вы еще заявление подадите о мошенничестве и вымогательстве, то еще года два плюсом.
— Как не увижу? А как же свадьба? Сын…
— Здесь я могу вам посочувствовать. Мошенник ваш Артур.
Роняю трубку. Дышать нечем. Больно внизу живота. Кажется, началось.
Глава 45. Больница
— Олег, скажи своим архаровцами, чтобы сына отпустили. — Отец Артура подходит ко мне вплотную, он хочет схватить меня или дать по роже, но держится. — Он ничего не сделал, а тут ему уголовное дело шьют.
