Рядом огромный стол.
Из-за него встает мужчина лет пятидесяти, темные волосы, какая-то не очень свежая рубашка на нем.
— Решил не затягивать знакомство. Присаживайся, — показывает на стул. — Как ты дошла до жизни такой?
— Какой? — есть ли в этом диалоги правильные ответы, чтобы оппонент был рад, что я такая смышленая.
— Дуру не включай. Не поможет. Ты мне позвонила, ребенка предложила.
— А, так вы Глеб Михайлович? — в душе радуюсь, что хоть какие-то ответы у меня появились.
— А ты к кому ехала? Устроила из беременности витрину, сначала к кому бы повыгоднее себя подложить, потом продать последствия.
— Зачем вы меня оскорбляете? Я люблю вашего сына. Думаю, и он меня, но сами знаете, Артурчик — он ветреный немного.
— Немного? Мы с тобой о разных людях разговариваем, по ходу. Так что ты хочешь?
— Не хочу, чтобы ребенок в нищете, как я рос. Хочу, его обеспечить, но сами, понимаете, что Артур на себя и на алкоголь все деньги потратит лучше, чем мне копейку даст.
— А где гарантии, что у тебя только один половой партнер?
— За кого вы меня считаете? — делаю обиженный вид, губы собираются в “куриную жопку”, на глазах слезы.
— За любительницу быстрых и легких денег. Ноги расставила, баблишко получила. Ты свои спектакли и концерты для других оставь.
— Такие девушки не беременеют от своих мужчин.
— А это еще раз показывает твое скудоумие и небольшой опыт. Тебе, милая, от Тимофея лучше бы стоило беременеть. Хотя и это мы еще проверим.
Поднимаю испуганные глаза, откуда он может знать про Тимофея?
— Нет у меня никого с таким именем.
Я только вашего сына люблю. Так какие у вас предложения относительно ребенка? — говорю уверенно, мне нужно прогнуть свою линию.
— У меня? Пока нафиг не нужен. Просто… было интересно посмотреть на дуру, которая перед моим сыном-идиот авансом ноги раздвинула.
Глава 20. Лина
Гадкое предчувствие меня не покидает. Не просто так Артур решил стать приличным, не могу пока уловить его умысел. Почему не стал решать вопрос через отцов? Какая же я была дура, как могла на него повестись?
Осматриваю еще раз квартиру.
Сегодня останусь здесь, а дальше буду искать варианты. Не хочу Алинке надоедать. Она сейчас самая близкая и родная, но у нее своя жизнь, а у меня… пока дыра на этом месте. А еще у меня чувство, что и в ее руках, и в родительских — я разменная монета.
Подхожу к автобусной остановке. Обращаю внимание на девушек с детьми. Тут какое-то сборище мамаш, осматриваюсь — а, рядом детская поликлиника. Это возвращает меня к себе.
