— А вдруг это ребенок все же от Артура, и ты с него можешь алименты требовать."
"— Теоретически, может быть. Но вероятность не так велика. А на генетический анализ у меня нет теперь денег. Три миллиона я потеряла, — в этой роддомовской облезлой ночнушке она выглядит очень убого и жалостливо. — Блин, я же к тебе шла, чтобы к стене тебя прижать, требовать, шантажировать. А не могу, как на исповеди все получилось. Я знаю, как с тобой этот мерзавец поступил, слухи быстро принесли, что тут дочка Чернышова-Белецкого лежит.
Я сожалею, что так получилось.
— Карин, я не злюсь на вас. Вы как катализатор такого в моей жизни проявили, так что я, можно сказать, вам и благодарна. Если это ребенок Артура, ну вдруг позвоните Светлане Леонидовне. Думаю, она вам поможет.
— Лин, вы такая… странная. Вы же должны кидаться на меня, сыпать проклятиями, а сами пытаетесь помочь. Сочувствуете. Вам не кажется, что это неправильно?
— Не знаю, что правильно, а что нет. Делаю, как чувствую. Мне кажется, вы должны на Артура заявить, чтобы Чернышовы деньги вам вернули.
Мне все равно, что будет с моим бывшим мужем, но ваш ребенок ни при чем. И неважно, кто его отец. Вы очень сильная, раз решили ко мне подойти. И не отказались от ребенка. Вот мой номер телефона, — протягиваю клочок бумаги. — Может, что-то срочно понадобится.
Карина отрицательно машет головой и выходит. А я так и остаюсь с этой бумажкой сидеть на кровати.
Может, я и правда немного того… чудноватая. Мне жалко этого ребенка, который по дурацкому стечению обстоятельств никому толком не нужен.
Хотя, почему никому… Если бы он Карине не был нужен, она бы, наверное, ушла уже из роддома.
— Вань, — звоню Ивану, может, он с юридической стороны, что подскажет. — ко мне тут Карина — любовница Артура заходила.
— Твою мать! — в голосе тревога. — Ты как? Врач рядом?
— Вань, стой! Со мной все в порядке. Мы нормально поговорили, я хочу ей помочь.
— Я в курсе, что она денег Артуру перевела. Чем помочь хочешь? Долги бывшего мужа отдать.
— Вань, ну что ты ерепенишься, Нет, хочу чтобы Артур или его папаша вернул их.
И можно ли тест ДНК провести принудительно, Карина говорит, что ребенок может быть от Артура, вот пусть его родители и помогают, — оказывается, я бываю очень идейной.
— Я понял, все узнаю. Ты о себе не забывай. Как себя чувствуешь? Я после работы заскачу?
— Заскакивай, только еды больше не надо. Тут уже полный холодильник, как будто Новый год встречать собираюсь.
Заканчиваю разговор с Иваном, как-то тепло от него.
