Я живу с ним, понятно?
Глаза Олега сузились, взгляд стал черным как сажа, на дне заметалось лютое яростное пламя. Я от страха содрогнулась, пошатнувшись на ногах. Не переборщила ли? Но оно тут же погасло. Олег всмотрелся в меня и мотнул головой.
– Ты не такая, Рита, не такая! Я не верю! Или ты мне отомстить хотела? Если так, то у тебя вышло, – скрипнул зубами, выводя мою злость на новый уровень.
Да чем же его пронять? Чем? Никак он в мою измену не верит. Наверное, только если с Эдгаром в постели увидит своими глазами, примет саму эту возможность.
– Мстить? – усмехнулась я. – Я не считаю, что злом нужно платить за причиненное зло. Я верю в божью справедливость. Если ты кого-то обидел, ты свое получишь. А я мараться не хочу. И раз ты меня знаешь, то должен понимать, что я бы не стала никому вредить. Просто оставь меня в покое и дай жить своей жизнью. Развод дай.
«Я выше этого, – добавила про себя. – Не стала бы уподобляться Гале или мужу, которые смеялись надо мной, а потом еще и попытались отобрать деньги и салон.
Разве месть – это правильно? Кому станет от этого легче? Мне? Ничуть. Скорее, мой полный игнор – уйти, забыть, не видеть – причинит мужу гораздо больше боли».
– А я получил, я уже свое получил, Рита, остался с ребенком на руках, без матери, мне его теперь воспитывать, неизвестно, как гипоксия отразится, может, больной будет, умственно отсталый. А Галя усвистала, как поняла, что ничего ей от меня не перепадет, – ярился муж, сжимая кулаки, весь свой гнев направляя на бросившую ребенка мать.
– Поэтому я и хочу вернуть тебя, Рита, – снова посмотрел он на меня, – ты не такая. Я это поняла. Ты чистая, добрая, домашняя, не повернешься ко мне спиной и не станешь вдруг змеей подколодной, как Галка. Я люблю тебя, Рит, кончай дурить и возвращайся… Мы забыть попробуем, снова всё начать, мальчонку отдадим в детдом, если его не примешь…
– Олег, перестань, – проговорила как можно тверже, – если даже забыть, что ты обманывал, изменил, завел ребенка на стороне, хотя я даже не могу представить, что такое можно простить… – Набрала в грудь воздуха, тяжелый плотный ком не давал дышать.
Мне этот разговор ой как непросто давался. – После того как я узнала, как ты вел себя? Угрожал, запугивал, не брал мои чувства в расчет. Пытался меня вернуть, не просил прощения. Хотел без гроша оставить. Готов отдать собственного ребенка в детдом. Я тебя прошу, не надо больше. Хватит издевательств.
