Был он много младше Гиля, да и явно помоложе Юркиного отца, но кому это сейчас было интересно? Вот настоящее летчицкое пальто со стягивающимися на запястьях рукавами и специальными застежками, с помощью которых полы можно обернуть вокруг ног и застегнуть как штанины, – это да! Вещь!
– Привет! – весело произнес обладатель «вещи», протягивая крепкую ладонь.
– Здрасьте.
– Как там? Ждут? – Степан Казимирович поднял глаза на балкончик Алексеевых.
– А то! Бабушка в шесть утра встала, пироги готовить.
– Пироги? Неужто с капустой?
– И с капустой, и с вареньем.
– Да, Володя, нам сегодня вдвойне подфартило. Потому как пироги по-кашубски – это, я тебе скажу, наслаждение: еще не райское, но уже и не райкомовское, факт. Юрий, ты как – с нами или еще погуляешь?
– Лучше еще. А то придешь, а там заставят с девчонками сидеть. С Олькой и Лелькой.
– Так там и семейство Самариных заявилось?
– Ага. Бабушка говорит: у дяди Жени – как на чужую гулянку, так «приходим загодя», а как на свою – так «приходите завтра».
Гиль расхохотался – весело, заливисто.
– Вот прямо так и говорит? Да, Ядвига Станиславовна умеет припечатать. Ладно, тогда гуляй. Ах да, совсем забыт. Володя, где там у нас?..
Спутник Гиля забрал с заднего сиденья роскошного авто пузатый портфель и несколько разновеликих, перетянутых шпагатом свертков. Один из них он протянул Степану Казимировичу а тот торжественно переадресовал пареньку:
– На вот, подарочек тебе.
Не желая заморачиваться с узлами, Юрка нетерпеливо разорвал бумагу, сунул руку и…
УХ ТЫ! Да и шут-то с ним, с кожаным пальто.
Ведь внутри свертка оказался…
Нет, не может быть?!
– Он… он что… настоящий? – дрожащим голосом уточнил Юрка, вытаскивая в нескольких местах потертый, обалденно пахнущий кожей танкистский шлем.
– Разумеется. Знакомые ребята в Осоавиахиме выделили, специально для тебя.
От волнения забыв поблагодарить, счастливый обладатель «настоящего» нахлобучил оный на голову и бросился к издалека наблюдавшим за сценой встречи ребятам.
– Юра, подожди! – притормозил его дядя Володя, открывая портфель. – Подставляй ладошки. Только, чур, на всех! – предупредил он, ссыпая в мальчишескую горсть кучку конфет «Старт».
– Конечно на всех! – даже оскорбился Юрка. – У нас во дворе никто, кроме Петьки Постникова из восемнадцатой квартиры, не сундучит.
И с воплем: «Пацаны, смотрите, что у меня есть!» – он рванул к собратьям по оружию…
… То был воистину его звездный час.
