Она поехала со мной на уик-энд в Хельсинки, а я помог ей с новой работой. Вот видите. Я с вами предельно откровенен. Мила как раз и создана для подобных забав. Я, как и любой другой нормальный мужчина, не вижу в этом ничего плохого. А вот когда вы намекаете на мою возможную связь с Региной, это вызывает у меня чувство внутреннего протеста.
— Красиво излагаете, — сказал Дронго. — Значит, вы использовали свое положение, чтобы принудить молодую женщину оказать вам интимные услуги, и только после этого устроили ее на работу в офис сенатора?"
"— Да, конечно, — цинично воскликнул Солагашвили.
— Всякая услуга должна быть хорошо оплачена. Вам так не кажется?
— Как вам не стыдно? — шутливо спросил Дронго. — Вы же годитесь ей в отцы и все-таки воспользовались тяжелым положением бедной девочки.
— Скорее она воспользовалась моим тяжелым положением, — заявил Солагашвили с типичной своей ухмылкой. — У меня еще неделю после этого была аритмия и давление зашкаливало. Подобные поездки в моем возрасте — уже реальная угроза для жизни.
Пришлось чередовать виагру с левитрой. Иначе я не выдержал бы.
— В вашем возрасте нужно прекращать подобные эксперименты. Можете умереть прямо во время этого процесса. Нельзя так рисковать, — с притворным участием произнес Дронго. — Берегите сердце, Леван Шалвович. Вы знаете, как много мужчин в последние годы умерли во время приема этих препаратов и свиданий с молодыми женщинами?
— Спасибо. Учту ваши пожелания. Можно подумать, что вы не принимаете подобных таблеток, — проговорил Леван Шалвович.
— Вам ведь уже под пятьдесят.
— Пока не принимаю, — с улыбкой сказал Дронго. — Стараюсь обходиться собственными скромными силами. Значит, вы подошли к этому вопросу достаточно масштабно. Подружились с первой супругой Монахова, договорились с его помощником, переспали с личным секретарем. Не слишком ли широко размахнулись?
— Я дружу с Региной уже давно и не думал о ее супруге, когда мы познакомились. Миле я помогал сознательно. А Дима просто оказался помощником, который должен был подготовить наше соглашение.
И не нужно делать из меня такое жуткое чудовище. Я обычный человек со своими слабостями и недостатками.
— Вернемся к убийству Монахова. Если учесть все, о чем мы сейчас говорили, то это преступление могло стать последним аргументом в пользу подписания соглашения с вами. Когда Алексей Монахов категорически отказался от сотрудничества, вы решили помочь ему переселиться в лучший мир.
