Но в этом случае можно было перепутать порядок цифр. Нужно знать код. Здесь он четырехзначный. Значит, комбинаций может быть девять тысяч девятьсот девяносто девять. После третьего неправильного набора кода замок блокируется на сутки.
— Так вы знаете код или нет? — нетерпеливо спросила Александра Львовна.
Она уже сожалела, что разрешила пройти сюда этому непонятному сыщику.
— Кажется, знаю, — сказал Дронго и набрал четыре цифры.
Дверца открылась.
Слава улыбнулся и ошалело помотал головой. Александра Львовна кивнула в знак одобрения.
Только затем она осознала, что именно сейчас произошло, нахмурилась и сердито спросила:
— Как вы узнали? Кто мог вам подсказать? Ведь, кроме самого хозяина, код не знал никто. Даже Тамара Георгиевна. Может, следователи были в курсе?
— Они вряд ли стали бы делиться со мной такой информацией, — с улыбкой проговорил гость.
— Тогда как вы узнали? — продолжала настаивать упрямая женщина.
Было заметно, как ее взволновало подобное поведение эксперта.
— Четыре цифры, — пояснил Дронго.
— Ноль восемь ноль два. Это дата рождения его дочери.
— Правильно, — сказала Александра Львовна. — Она родилась восьмого февраля. Все верно. Я и сама могла догадаться. Он и должен был выбрать эту дату. Все очень просто. Вы же сообразили.
— Сделать это было нетрудно, — подтвердил Дронго. — В подобных случаях мужчины обычно используют даты рождения своей любимой жены либо дочери. Мышление у многих людей довольно стандартное. В этом нет ничего удивительного. Кстати, скажите, Слава, что вы делали прямо перед убийством?
— Мы сидели на кухне с Александрой Львовной, когда услышали выстрелы, — ответил тот.
— Один выстрел?
— Нет. Два. Первый был громкий, а второй — гораздо тише. Ваза разбилась. Дверь хлопнула. Мы услышали шум.
— Что было потом?
— Мы просто замерли и смотрели друг на друга, тут же услышали, как в кабинет бегут Мила Левшова и Дмитрий Апрелев. Девушка закричала, и тогда мы тоже бросились туда.
— Вы успели разглядеть убийцу?
— Нет. Он уже выпрыгнул на улицу.
Мила показала мне на окно. Я тоже выскочил, увидел спину этого охранника, побежал за ним, подвернул ногу и упал. Он удрал, но его потом поймали.
— У него в руках было оружие?
— Я этого не видел, — чуть виновато произнес Слава. — Ведь я вбежал после всех.
— Александра Львовна, вы тоже не обратили на это внимания?
— Нет. Он уже спрыгнул, и я его не видела. Я ведь вам говорила.
— Да, я помню.
— Еще Дима суетился, — вспомнила Александра Львовна.
