Игра заканчивается со счетом два-один.
Зрители толпой устремляются в проходы, и мы с Натали в этой толчее идем к выходу.
– Я рада, что ты с Гарретом, – оживленно говорит она.
Я улыбаюсь: мы знакомы всего двадцать минут, а она уже поднимает такие личные темы.
– Я тоже, – говорю я.
– Нет, я не шучу. Он отличный парень, просто он сдвинут на хоккее. Он почти не пьет, ни с кем серьезно не встречается. Это вредно для здоровья – так концентрироваться на чем-то одном, понимаешь?
В вестибюле мы идем не к выходу, а пробираемся через толпу к раздевалкам, где собираемся ждать своих парней.
Надо же, Гаррет Грэхем – мой парень. Звучит сюрреалистично, но мне нравится.
– Вот поэтому я считаю, что от тебя ему будет только польза, – продолжает Натали. – Последнее время он такой счастливый и успокоенный.
Я напрягаюсь, когда вижу в толпе знакомое лицо.
Отца Гаррета.
Он стоит в двадцати футах от нас и смотрит в том же направлении, что и мы. Его бейсболка низко надвинута на лоб, но его все равно легко узнают.
К нему подходит группа ребят в майках «Брайара» и просит автограф. Он подписывает им майки, а затем фотографию, которую протягивает один из парней. Я не вижу, что на фотографии, но предполагаю, что на ней запечатлен игровой момент из его давних славных дней, наверное, такой же, как на снимках в его доме. Фил Грэхем, легенда хоккея.
Продолжающая жить в своем сыне.
Ненависть к отцу Гаррета захватила меня настолько сильно, что я продолжаю идти не разбирая дороги и удивленно вскрикиваю, когда со всего маху на кого-то наталкиваюсь.
– Простите. Я не видела, куда… – Слова замирают у меня на губах, когда я понимаю, с кем столкнулась.
Роб Делани удивлен не меньше, чем я.
За ту долю секунды, что наши взгляды встречаются, я превращаюсь в ледяную статую. Холод сковывает мое тело. Ноги примерзают к полу. Внутри огромными волнами поднимается ужас.
Я не виделась с Робом с того дня, когда он в суде свидетельствовал против меня и в пользу моего насильника.
Я не знаю, что говорить. Или делать.
Или думать.
Кто-то кричит:
– Уэллси!
Я поворачиваю голову на крик.
Когда я опять поворачиваюсь к Робу, он уже спешит прочь, да так быстро, будто хочет обогнать пулю.
Мне тяжело дышать.
Сзади подходит Гаррет. Я знаю, что это он, потому что чувствую знакомую ладонь на своей щеке, но мой взгляд остается прикован к убегающему Робу. На нем куртка с эмблемой «Буффало». Значит, он учится там? Я так и не удосужилась выяснить, что случилось с друзьями Аарона.
