Ты сам ослушался приказа Наместника и повеление Искрящей, что теперь от меня хочешь?
— Вы могли бы заступиться за нас с Гхаром на Совете! Но все, все промолчали и теперь нам приказано убираться из Нибелграна. Куда, скажи на милость, мы пойдем, если наш дом здесь? Жить в одиночестве среди людей?
— Повторяю, вы сами сделали выбор. Ты знал, что приказы Наместника не обсуждаются и если не хотел детей, зачем оплодотворял наложницу? Прости, у меня много дел и мое время вышло.
Арришгс проводил взглядом бывшего друга и повернулся к Крригхару.
— Что ж, мы сделали последнюю попытку, видимо, больше ничего нельзя сделать, придется улетать. Куда вот только?
— В какую-нибудь большую человеческую страну, — проговорил Гхар. — Там легче устроиться. Мы не нищие, проживем. А насчет «больше ничего нельзя сделать» — увидим, куда вывезет. Я не забуду, что нас изгнали, и не прощу. Жизнь длинная, посмотрим.
— Собираешься мстить? — хмуро уточнил Арришгс. — Кому? Всем подряд?
— Ты хочешь, чтобы мы одни страдали?
— Я вообще страдать не собираюсь.
Ну, да, изгнали, но ведь не голыми и босыми, а со средствами и среди людей можно жить. Куплю большой дом, заведу слуг и гарем и плевать мне на Нибелгран. Люди слабые и трусливые, нам у них ничего не грозит. На рожон лезть зачем? Сам посуди, все драконы высказались за изгнание, всем отомстить нашей жизни не хватит, так зачем ее на это тратить?
— Я на рожон лезть не стану, но ушки на макушке держать буду и рано или поздно найду слабое место у всех Глав Родов.
Ты прав — каждого дракона мы наказать не сможем, но кого смогу достать — я не пощажу."
"На следующее утро два больших дракона взмыли в небо и медленно полетели в сторону человеческих земель. Никто не вышел их проводить, никто им не пожелал удачи или доброго пути, но пока изгои летели над Нибелграном, из окон каждого дома их провожали глаза соплеменников.
Неслыханное наказание, незавидная участь, не было бы беды!
* * *Поговорить с матерью все же пришлось, но Анри подсказал взять с собой на встречу Рика, и баронесса вела себя почти безупречно.
— Мама, как ты могла подвергнуть Аннет опасностям и трудностям такого пути? Я не понимаю — ты же мать! — возмущенно накинулась Демиана.
— Твой муж запретил пускать меня в портал, — парировала родительница. — Что мне было делать, если я даже внука увидеть не могу?
— Ты могла написать вестник, и мы бы все устроили.
— Поздно уже, я тут.
— Вижу.
