После моего прибытия прошло часа полтора. Я спросил у пробегающего мимо знакомого обер-лейтенанта – долго ли еще предстоит нам «загорать» тут? Он неопределенно пожал плечами: «Говорят, после обеда… Накормят горячим и – в путь. А впрочем… Может, и сейчас, через минуту, поступит приказ – ты ведь знаешь нашу нынешнюю неразбериху…»
Его последние слова я пропустил мимо ушей. Мысль лихорадочно работала: до полудня еще три часа, а обеда раньше не будет. Это точно. Я успею вернуться. Если гнать как следует, одного часа двадцати минут хватит в один конец.
Еще столько же – обратно… Итак, мне остается двадцать минут. Целых двадцать минут! Я должен, должен увидеть ее еще раз!
Я выскочил из кабины, захлопнув крепко дверцу, ринулся к своему приятелю – Зигфриду, который – я точно знал это! – повсюду таскал за собой в кузове подобранный где-то мотоцикл.
– Дружище, – сказал я ему, – не спрашивай сейчас ни о чем, а дай мне немедленно свой драндулет! Быстро… Ну! Я потом тебе все объясню…
Зигфрид – он единственный из всех наших ребят знал о моем отношении к Маше – посмотрел на меня, как на полоумного: «Ты сошел с ума… Определенно сошел с ума! Вот-вот объявят отъезд… Ты хочешь, как дезертир, получить пулю в затылок?»
– Пошевеливайся! – заорал я.
– Ты что – пожалел для меня этот свой дерьмовый гроб на колесах? Можешь не сомневаться – я верну его тебе. Пусть даже меня ждет пуля в затылок – я верну его!
– Бери, психованный, и проваливай, – проворчал Зигфрид и полез в кузов.
– Эй, – крикнул он мне вслед, – считай, что я тебя предупредил… Не надейся, что буду стараться выгородить тебя. Мое дело – сторона…
Я не ехал – летел. Двухколесный драндулет оказался быстрым, как гепард. Иногда меня подбрасывало на льдистых ухабах так, что я едва удерживался в седле. Но я не думал об опасности. Я подбирал в уме слова, что сейчас скажу ей. Я скажу:
– Маша, я очень прошу тебя – уезжай отсюда. Не решишься одна – уезжай с матерью. Сейчас, я знаю, многих русских отправляют на работы в Германию… Я понимаю, это мерзко, но ты, пожалуйста, не противься.
Не прячься от угонщиков, прошу тебя. Это единственный выход, чтобы остаться в живых… Поверь мне, тут скоро будет ад: наших сраных вояк погонят под зад, а уж они-то постараются никого и ничего не пощадить… Я оставлю тебе свой домашний адрес, ты его обязательно запомни, заруби в своей памяти. Когда будешь в моей Дейтчланд – дай о себе весточку.
