Как у нас говорят – «все хорошо, прекрасная маркиза». – И добавила, глядя на вконец изумленную «фольксдейтчиху»: – Знаешь, Линда, все-таки «селяви» – изумительная штука, особенно если при ней есть дружба – «фрейндшафт». Еще раз большое спасибо тебе за велосипед. Мерси боку, мадам.
27 августа
Воскресенье
Записываю свои новости по порядку. Вчера получила сразу три письма, и одно из них – от Роберта. Наконец-то! Два других – от Зои и от Гали. Ганс Дитрих, вручая мне конверты, придержал один – тот, что от Роберта, – шутливо обронил, что, как он замечает, круг моих знакомств неуклонно расширяется.
Теперь вот появился почтовый штемпель «Эберсвальде»…
Роберт коротко сообщает о себе. Сейчас он находится примерно в ста километрах от Берлина, работает в большом поместье, у бауера. А до этого был в лагере, поэтому и не мог писать. Его письмо по-прежнему полно нежных слов. Он помнит меня, любит еще больше, еще сильней и очень надеется, что и я не забыла его. Снова напоминает свой домашний адрес. События, пишет Роберт, развиваются сейчас так, что конец войны уже не за горами.
Я должна быть благоразумной – в частности, не принимать с ходу никаких авантюрных решений. Наш «грозз таг» неумолимо приближается, и, когда он наконец настанет, он, Роберт, уверен – мы будем с ним самыми счастливыми людьми на свете. Письмо завершает уже знакомый из прежних записок и писем романтический рисунок – простреленное стрелой кровоточащее сердце. А под ним столь же знакомая рыцарская подпись – «Иммер Треу» («вечная верность»).
Да-а, хотелось бы мне разгадать через бумагу настроение и истинные мысли писавшего, но, увы, это для меня непостижимо.
Зоя, как всегда, восторженно сообщает очередные новости, которые, кстати, нам уже известны, передает также приветы от моих новых знакомых Гриши, Тадеуша, Поль-Мишеля.
А вот Галинино письмо на этот раз удивило и озадачило своей, что ли, нервозностью и бесшабашностью. Работает она по-прежнему на железной дороге и живет в том же бараке, но в ее личной жизни произошли большие перемены.
Ее полюбил один поляк-фольксдейтч по имени Сигизмунд. Он уже немолод, ему 34 года, но ей, Гале, нравится. Сейчас Сигизмунд каждый вечер приходит к ней, помогает продуктами и вообще чем может. А недавно подарил ей красивую хусточку и предложил перейти жить к нему в барак, где у него отдельная маленькая комната. Она, Галя, очень хотела бы услышать на этот счет совет от меня или от Симы, а больше всего – от мамы Нюши.
