Я думала, что Джон пойдет к себе, в лагерь, но он, продолжая начатый разговор, последовал вслед за нами, проводил нас до железнодорожного переезда. Говорили преимущественно о событиях на фронтах. Джонни сказал, что теперь, когда англо-американцы взяли города Кан и Сен-Ло, – для них открылась прямая дорога на Париж. Следует ожидать, что скоро немцы побегут из Франции, как недавно бежали из Италии. Он подтвердил также, что советские войска вошли в Латвию, а в Литве сейчас идут бои за город Каунас.
Распростились дружески. Мне показалось, что Джон ждал от меня приглашения заглянуть хотя бы на часок к нам, и не только ждал, а даже очень желал этого. Но я промолчала. Ни к чему это. Совершенно ни к чему.
От глаз Гали тоже не укрылся огорченный вид Джона, и, едва он отошел от нас, она сказала мне с легким укором: «Ну, чего ты? Пусть бы пошел с нами. Не обязательно идти в дом, могли бы погулять по Бангеровской дороге. Там пустынно. Разве ты не видела, как ему хотелось этого?»
– Видела, Галька.
– Меня вдруг потянуло на откровенность. – Даже очень видела. Только, знаешь, я потому и не сказала ему ничего, что самой ужасно не хотелось, чтобы он ушел. Понимаешь, Галя, я дала себе слово не завязывать больше никаких отношений ни с кем, тем более с пленными англичанами. Приняла на себя такой обет.
Павел Аристархович с Юрой еще были у нас. Нинка с Юрой и Ханс с Паулем играли с мячом на дороге в «Штандер». Миши и Леонида не было дома (Мишка опять наверняка торчал у итальянцев, а Леонид снова принялся похаживать в «Шалман», к Ольге), а Павел Аристархович с Юзефом вели уж очень серьезную, заумную беседу.
Павел Аристархович утверждал, что когда-то, возможно, много миллиардов лет назад, наша планета Земля имела высочайшую цивилизацию, о чем свидетельствуют обнаруживаемые время от времени археологами в разных ее местах удивительные, неведомые нам, землянам, архитектурные сооружения, а также наскальные письмена и рисунки.
Но что потом, в результате какой-то вселенской катастрофы, Земля превратилась в выжженную, мертвую пустыню и жизнь на ней снова начала возрождаться, по сути дела, из ничего – из самых простейших микроорганизмов.
– Землю и все, что есть на ней, создал великий, всемогущий Бог, – вежливо, но непреклонно сказал Юзеф, выслушав Павла Аристарховича. – Земля никогда не сгинет и не возродится заново, если того не захочет Бог. Она завжды вечна.
