— Ты видел, что он сделал с Горевским в прошлый раз? Он размазал магистра третьей ступени, как слизняка! А я всего лишь магистр первой!
— Но побочные эффекты…
— Дай сюда! — Елецкий схватил собеседника за отворот сюртука. — Если я проиграю, мне конец. Гильдия не прощает провалов. Ты это знаешь не хуже меня.
Его собеседник огляделся по сторонам и незаметно передал Елецкому небольшой стеклянный пузырёк.
— Два вдоха, не больше, — предупредил он. — И будь готов к ощущению жжения в груди.
Елецкий кивнул, отвернулся и поднёс пузырёк к лицу.
Я видел глазами Скальда, как он дважды нажал на распылитель, и зеленоватое облачко окутало его лицо. Он глубоко вдохнул и закрыл глаза. Его тело несколько раз содрогнулось, словно от удара током.
«Интересно, — подумал я, возвращаясь в собственное тело. — Какой-то боевой стимулятор. Возможно, увеличивает выработку магической энергии или ускоряет рефлексы. Судя по реакции, вещество мощное, но с явными побочными эффектами».
Когда мой оппонент вернулся, его лицо приобрело болезненно-яркий румянец, а глаза лихорадочно блестели.
Он держался прямее, и даже в его походке появилась странная нервная энергия.
— Я готов, — объявил он, и его голос звучал напряжённо, словно натянутая струна.
Князь вышел в центр площадки.
— Магическая дуэль между боярином Елецким и боярином Платоновым объявляется открытой! — провозгласил он и быстро отступил к краю круга.
Враг не стал медлить. Он обрушился на меня, словно лавина. Три заклинания слились в одну молниеносную комбинацию — вот только что он стоял, чуть пошатываясь, а в следующий миг мир вокруг меня взорвался.
Первая ударная волна чистого звука сбила меня с ног прямо во время активации Воздушного шага. Вторая, концентрированный луч из спрессованного рокота, прошила пространство в сантиметрах от моей головы, когда я лишь начал подниматься, разрушив мраморную колонну позади. Третья атака — кольцо расходящихся вибраций — накрыла меня прежде, чем я успел сместиться.
Звуковая магия — коварная вещь.
Она не впечатляет внешне, как огненные шары или молнии, но способна причинить не меньше вреда. В ушах словно разорвалась граната, из носа хлынула кровь, перед глазами поплыли тёмные пятна. Внутренние органы, казалось, превратились в желе под воздействием этих волн разрушительной частоты.
Я едва успел понять, что происходит — его скорость была нечеловеческой, жесты сливались, а командные слова превратились в один сплошной гортанный рык.
