Смотрели на пустую бутылку из-под самогона с таким вожделением, будто это святой Грааль.
— Эй, мужики! — окликнул их месмерист. — Ищете чего?
Самый здоровый, с разбитым носом боксёра, шагнул вперёд:
— Самогон почём?
— А что предложите?
Мужики переглянулись. У них явно не было ничего ценного. Иуда улыбнулся — именно этого он и ждал.
— Впрочем, может, договоримся иначе. Вы ребята крепкие, работящие. Мне такие нужны.
— Для чего? — насторожился «боксёр».
— Для дела. Будете помогать мне кое в чём, получите не только самогон, но и дополнительную еду к вашим пайкам.
Регулярно."
"Работяги заинтересовались. Иуда мысленно потирал руки. Ещё пара таких групп, и у него будет настоящая сила. После Гона, когда все эти дураки из острога разбегутся или передохнут, он уведёт свою банду в большой город. Больше не придётся мелочиться с карманными кражами. Он видел себя главарём серьёзной группировки — с десятками подчинённых, данью с торговцев, контролем над целыми кварталами. Точно, как покойный Кабан из Сергиева Посада, к которому думал податься «Ульян», но лишь под крепостными стенами узнал, что тот, оказывается, погиб.
Причём, шептали, от рук того самого воеводы, что пригласил беженцев к себе в острог.
— Что за дело-то? — спросил один из работяг, помоложе.
— Пока ничего сложного. Иногда постоять где надо, иногда припугнуть кого надо. Справитесь?
Боксёр кивнул:
— За самогон и дополнительную жратву — справимся. На стройке пайка не хватает, чтобы брёвна таскать целый день.
Иуда протянул им бутылку:
— Вот вам аванс.
Остальное — вечером. Приходите к заброшенному дому на Кузнечной.
Мужики ушли, передавая бутылку по кругу. Месмерист удовлетворённо откинулся на ящике. План складывался отлично. Алкоголь — универсальная валюта среди таких вот работяг. Воевода запретил продажу спиртного во время осады, так что за бутылку они готовы на многое.
— Слушай, — Митька почесал небритую щёку. — У нас самогона-то всего пара бутылок осталось. На всех твоих «бойцов» не хватит.
— Знаю, — Иуда поднялся. — Поэтому сегодня ночью идём на склад с алкоголем.
— Опять? После вчерашнего?
— Именно. Я слышал разговоры — воевода приказал перенести весь алкоголь в более охраняемое место. Но пока там всё та же охрана — двое сторожей. Это наш последний шанс.
Митька нервно облизнул губы:
— А если спалят?
— Не спалят. Я отведу глаза, как обычно.
Ночь выдалась безлунной. Иуда с Митькой крались вдоль заборов, прислушиваясь к каждому шороху.
