Химера заплатит за каждую слезинку этого ребёнка.
— Не бойся, малышка, — произнёс я самым мягким тоном, на который был способен. — Мы пришли помочь. Как тебя зовут?
— Маша, — едва слышно ответила она.
— Маша, хорошее имя, — я улыбнулся, опускаясь на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней. — А меня зовут Прохор. Я воевода. Знаешь, кто такой воевода?
Девочка слабо покачала головой.
— Это тот, кто защищает людей от опасностей, — объяснил я. — И мы пришли защитить тебя и твою маму.
К этому моменту Борис уже освободил женщину и, проверив пульс, кивнул мне — жива.
Аккуратным взмахом срезав замок, я распахнул клетку и девочка несмело шагнула ко мне.
— А плохой дядя больше не придёт? — спросила она, оглядываясь по сторонам.
— Нет, малышка, — я мягко положил руку ей на плечо. — Не придёт. Скажи, а куда он ушёл? Ты не слышала, что он говорил?
Маша нахмурилась, вспоминая.
— Он говорил странные слова и всё время злился. Потом что-то про деревню… и про ри… ри…
— Ритуал? — подсказал я.
— Да, это слово! — кивнула девочка. — Он собирал много вещей в мешок и злился-злился. И всё время разговаривал сам с собой. Или с кем-то, кого звал Катериной, но её тут не было.
Я переглянулся с Борисом. Судя по всему, Химера окончательно утратил связь с реальностью.
— А куда он пошёл, ты видела? — спросил я, продолжая говорить мягко и спокойно.
— Туда, — девочка указала рукой на дверь — Он всё время смотрел на карту и тыкал пальцем вот так, — она сделала круговое движение, — и говорил, что там много… много…
— Много людей? — предположил я.
Маша кивнула.
Борис и Федот, вернувшийся из обхода хижины, обменялись тревожными взглядами.
— Воевода, — тихо произнёс Борис, — похоже, он идёт в Дербыши. Это ближайшая деревня в той стороне.
— Нам нужно спешить, — добавил Федот. — Если он нацелился на целую деревню…
Я поднял руку, прерывая их.
— Подождите. Это не обязательно Дербыши.
Я внимательно осмотрел стол, заваленный бумагами, и нашёл карту местности с обведёнными деревнями, а также несколько недавно исписанных листов дневника.
Аккуратные таблицы с колонками цифр, странные диаграммы и карта с отметками. Четыре населённых пункта были обозначены буквами: «У», «Д», «О» и «А». Рядом с каждым стояли числа, вероятно, обозначавшие количество жителей.
— Это Угрюмиха, Дербыши, Овечкино и Анфимовка, — пробормотал я, изучая записи.
