Пока оформлялись документы, я размышлял, насколько удачной оказалась эта поездка, несмотря на все опасности.
Вернувшись в гостиницу, я навестил отца, которому стало заметно лучше, а затем отправился готовиться к званому вечеру у Бутурлиных. Приглашение от графа было получено ещё до всех этих событий, и теперь, когда ситуация стабилизировалась, я мог позволить себе этот визит.
Уже на подъезде к его имению меня застал звонок Василисы:
— Прохор, я изучила записи Химеры, там такое!..
Глава 19"
"Я жестом приказал кучеру остановиться и прогуляться, дав мне возможность говорить открыто.
Тот понятливо кивнул и ушёл прочь, закуривая цигарку.
— Василиса, не так быстро, — сказал я, пытаясь унять её пыл. — Начни сначала и по порядку.
Через динамик донеслось шуршание— похоже, девушка перебирала бумаги.
— Эти записи… — начала она, — Некоторые страницы испорчены, некоторые тяжело разобрать, потому что мысли чокнутого автора скачут, как блохи, но я сопоставила факты.
— Она глубоко вздохнула. — Во-первых, я точно установила личность Химеры. Это Аркадий Верлин, бывший Подмастерье третьей ступени из Муромской академии!
Я нахмурился, пытаясь вспомнить это имя. Нет, ничего знакомого. Похоже, покойный Платонов с ним никогда не пересекался, что немудрено
— Продолжай, — подбодрил я её.
— Он вёл различные исследования, — в её голосе звучало отвращение. — Год назад его обвинили в краже редких образцов и проведении… э-э… неэтичных экспериментов.
Конкретика не описана. Так или иначе, дело быстро замяли. Слишком быстро… У него имелся влиятельный покровитель, чьё имя нигде не указывается напрямую.
— Интересно, какой интерес мог преследовать этот человек… — я задумчиво провёл пальцем по подбородку.
— Формально Верлина оправдали, но двери в академию для него закрылись, — продолжала Ольховская. — В дневниках много страниц со словами разочарования, горькими мыслями о несправедливости… обычное нытье самовлюблённого неудачника.
— А что с его исследованиями? — спросил я, понимая, что именно они представляют для нас наибольший интерес. Да и вряд ли «нытьё» так озадачило бы девушку.
В трубке повисла напряжённая пауза.
— Вот тут… — голос Василисы дрогнул. — Я читала это, и мне становилось физически плохо, Прохор. Он разработал методику извлечения Эссенции из живых Бездушных.
Как будто они живы…
Впрочем, я прекрасно понимал, о чём шла речь.
