- Получается, он единственный наследник?
- Нет, есть еще Мария Александровна – его мамаша. Степкина мачеха. Но он к ней очень уважительно относится. Она все финансы компании ведет.
- А его родная мать?
- Умерла, когда ему лет семь было.
Чувствую, как жалость затопляет сердце. Степа, любимый мой, почему ничего не сказал.
«Любимый? – проговариваю вырвавшееся слово и повторяю. – Да, любимый. Я влюбилась в Степана Криницкого, несмотря ни на что».
- Мария Александровна тоже не знает? – уточняю тревожно.
- Никто, кроме нас с тобой и пары человек охраны.
Остальных используем в темную. Ну и посмотрим, кто как себя проявит. Юрку вон уже занесло.
- Почему боитесь огласки?
- Крот у нас завелся, Ира. Степка по касательной прошел, - выплевывает каждое слово Петр Васильевич. – Ребята и персонал ему помогли. А иначе бы точно лет на десять определили.
- Везучий, - улыбаюсь сквозь слезы.
- Теперь месяц вам в разлуке прожить придется. Криницкому сейчас лучше дохлым прикинуться. Надеюсь, потерпите, - снисходительно роняет Петя.
- Да, конечно. Спасибо, что предупредили, - встаю с места. На ватных ногах иду к двери.
- Сколько тебе надо времени, чтобы собраться?
- Полчаса хватит, - выдыхаю печально. И поднимаясь по лестницы пытаюсь понять, что делать дальше.
«Но это же Степан к койке привязанный», - думаю, входя в гардеробную. Достаю с полки белье, пару свитерков и широкие трикотажные штаны.
«На месяц мне одежды хватит», - выкатываю из шкафа небольшой чемодан. Туда же летит косметика, лекарства и электронная книга.
"
"«Кажется, все!» - обвожу глазами комнату. Надеваю платье, пальто. И чуть подкрасив губы выкатываю чемодан из комнаты.
Ухожу, не оглядываясь. Такое чувство, что сюда я больше не вернусь. Жаль. Хороший дом. Мы со Степаном были здесь счастливы. Здесь по-настоящему узнавали друг друга, влюблялись.
«Какая разница где? Главное вместе!» - пробегает шальная мысль. Но я не гоню ее, принимая как должное.
- Ты готова? – строго осведомляется Петр Васильевич. – Можем ехать?
- Чемодан надо спустить, - указываю наверх.
- Миша, - отдает распоряжение хозяин дома и упирается в меня внимательным взглядом. – Значит, решила уехать, Ира?
- Я тут не останусь, - кошусь на стоящего чуть в стороне Юру. – Тут небезопасно.
- Да ладно тебе, - морщится тот. – Ну перепсиховал я. Прости. Нужно как-то уживаться, пока Степа не очнется. И ты должна понять…
- Достаточно, - выставляю ладонь, словно хочу отодвинуть прочь нелепого мужчину в мятом костюме.
