- Алло, Николай Иванович. Меня зовут Степан. Мы с Ирой в поезде познакомились.
- И чего же вы хотите, Степан Александрович? Какие у вас требования? – резко откликается папа. Слышу его каждое слово. Я уже представляю, как темнеет у него в глазах и становится плохо с сердцем. История повторяется. И второй раз тоже как трагедия.
- Мы поговорим с Ирой, и я привезу ее к вам домой. Часов в десять вечера. Не позже. Обещаю, со мной ваша дочь в полной безопасности. Да. Хорошо. Вы тоже. И я надеюсь на вашу порядочность, - заканчивает разговор этот наглец и опускает мой телефон в карман собственной куртки.
– Пусть пока побудет у меня.
Открываю рот, как рыба выброшенная на берег. И не знаю, как реагировать на такую наглость.
- Андрей, давай в «Милан», - велит Криницкий, не выпуская меня из объятий. – Времени у нас мало. До дома пока доедем, все пробки поймаем, - вздыхает он и утыкается носом мне в шею. – Как же ты вкусно пахнешь, девочка! – жарко шепчет он, не обращая никакого внимания на водителя. Да и тот, наверное, привык к загулам шефа.
Машина сворачивает на тихую улочку и тормозит около нарядного крыльца.
- Пойдем, Ирочка, - натягивает бейсболку Криницкий.
И взяв меня за руку, выводит из машины. Послушной куклой иду рядом. Поднимаюсь по гранитным ступеням . Прохожу через служебный вход в холл, украшенный живыми цветами. Поднявшись в лифте на третий этаж, оказываюсь в просторных апартаментах.
- Располагайся, где удобнее, - широким жестом приглашает Степан. – Ужин сейчас будет. Ты, кстати, что предпочитаешь?
- Я не пью алкоголь.
- Я тебе и не предлагаю. Лучше скажи, что тебе приготовить на ужин?
- Хмм… - поджимаю губы и сама не знаю, какой бес в меня вселился. – Стейк рибай средней прожарки, овощи на гриле и…
- Ни в чем себе не отказывай, девочка, - улыбается мне Криницкий и мне кажется, он просто насмехается надо мной.
- Пожалуй все, - подхожу к окну, за которым кипит никогда не засыпающий Невский проспект.
- А на десерт? - подходит следом Степан и нависает тенью. Слишком большой, непредсказуемый и очень продуманный.
И мне кажется, я точно знаю, что хочет на десерт сам Криницкиий. Меня! Только фиг обломится.
- Кофе и пирожное «Анна Павлова», - ставлю точку в своем заказе.
- Пожалуй, я закажу себе то же самое, -словно хвалит мой выбор Криницкий. Отдает указание по телефону и показывает на диванчик, оббитый полосатым шелком. – Прошу, дорогая Вероника, усмехается он криво. – Поговорим?
Время серьезных разговоров. Даже страшно становится.
