И я неожиданно представляю избу в лесу, мохнатые сосны, запорошенные снегом, жарко натопленную русскую печь и красивую женщину в белой кружевной сорочке. – Не придумывай, - мгновенно считывает меня. – В колонию мотался. С одним перцем поговорить надо было. Делов примерно на час, ну и в пути почти сутки, - бросает он с усмешкой.
- Значит, хороший друг, - делаю я пафосный вывод.
- Хороший. Только порядочный очень, - коротко соглашается Белов. – Жена человека на пешеходном переходе сбила, а он на себя вину взял. Придурок…
- Любит ее, наверное.
- А что есть любовь, девочка? – спрашивает меня и тут же сам отвечает. – Полная фигня. Приманка для дураков. Один любит, другой пользуется и убеждает в вечной любви. А все вранье. Ни единому слову нельзя верить.
«Олег тоже так делал», - снова возвращаюсь к собственной трагедии. Лишь на секунду задумываюсь.
«Хорошо, хоть вовремя узнала!» - в который раз привожу самый веский довод, перевешивающий все мои печали.
- Можно? – выводит меня из размышлений Степан Александрович.
- Что? - растерянно поднимаю глаза. Он встает с места. Нависает надо мной и осторожно убирает с уголка губ маленькое кунжутное семечко.
- Красивая ты, девочка. Очень, - выдыхает тихо и, прижав меня к мягкой велюровой спинке, залепляет рот требовательным поцелуем.
- Отпустите, - мычу, вырываясь. Колочу по крепкому плечу кулаком. Но Белов даже не думает сдаваться. Лишь вжимает меня в собственное тело и усиливает натиск. А потом так же внезапно отстраняется. Проводит ладонью по моей щеке.
Чуть задерживает пальцы на подбородке и признается совершенно искренне.
- Прости, не хотел тебя напугать.
Глава 5
- Скоро станция, - резко выдохнув, отстраняется от меня девчонка. Такая нежная и правильная, что хочется сграбастать в охапку и не отпускать.
- Когда? – вернувшись на место, всматриваюсь в растерянное личико. Вижу мой поцелуй ей зашел, по глазам вижу. Но тушуется еще. Боится.
- Через пятнадцать минут, - напустив на себя излишнюю строгость, смотрит на дешевенькие смарт-часы.
- Доешь, пожалуйста, - давлю взглядом.
– Времени - вагон. Еще и на десерт останется.
- Нет-нет, спасибо, - решительно мотает она головой. – Блины же есть. Хотите половину порции? Мне много, - отодвигает от себя тарелку.
- Разве что с чаем, - улыбаюсь я плотоядно. И теперь уже точно знаю, какой десерт хочу.
- Как снова поедем, дам, - соглашается она и осекается на полуслове. Видимо доходит двусмысленность фразы. И до прощания нам далеко.
Нравится мне эта проводница.
