После разговора со Шведовым мир в который раз взорвался к чертям и разлетелся на атомы. Больше ничего не осталось, одна ненависть.
Она переполняет, разрывает. Разъедает. Расползается темным пятном.
Внутри меня уже настоящая трясина. Грязное болото с ядовитыми испарениями. Которое не отпускает, затягивает все глубже и глубже. Отравляет, проникая в мозг и сердце вместе с кровью.
На душе тоже темно и грязно.
Мерзко, муторно. Кринжово.
Смотрю на окна — везде темно, свет горит только в одной комнате. У тети.
В этом доме я вырос.
Семнадцать лет у меня была семья, были родители, и я любил их, пусть между ними и не было особого тепла. Но все рухнуло в один момент. В страшном сне я не мог себе представить, насколько все здесь пропитано ложью.
Я сам результат нагромождения этой чудовищной лжи.
Закрываю глаза и вдыхаю морозный воздух. Мне кажется, даже он пропитался моей ненавистью. Пытаюсь понять, что в моей жизни было настоящим. И было ли оно, это настоящее?
Мать не мать, а тетка. И если верить Шведову — настоящее исчадие ада.
Отец — лживый лицемер.
Любимая девушка — двуличная обманщица.
Дед и бабка с обеих сторон тоже лгали и притворялись.
Друзья разве что, но друзья не семья. Единственный член моей семьи, который меня не обманывал, это мама. И она меня бросила.
Медленно поднимаюсь по ступенькам. После разговора со Шведовым испытываю дикое желание помыться. Встать под душ и смыть с себя всю грязь, которая плотным слоем облепила душу. Но пересиливаю себя и сворачиваю в коридор, ведущий к комнате тетки.
Хочу задать ей вопрос и получить ответ. Желательно правдивый.
Сам не знаю, что ожидаю услышать, но я должен выяснить. Понять для себя, где то дно, на которое опустились мои родители. Мой высокоморальный отец и та, что пыталась заменить мне мать.
Шведов говорил сухо, лаконично и по существу. А меня интересуют мотивы. Причины. Ну чем-то же они все должны были руководствоваться?
Вопрос, говорит ли Шведов правду. И это тоже может прояснить только тетка.
Дверь в ее комнату открыта.
Не вхожу, останавливаюсь на пороге, прислонившись плечом к косяку."
"Вся комната уставлена чемоданами разной величины. Тетка меня не видит, сосредоточенно перебирает вещи, раскладывает по пакетам. Замечает меня и выпрямляется, а я отмечаю как сейчас они похожи с мамой.
— Долго ты идешь, Никита, — говорит спокойно и уверенно, — я давно жду.
Вглядываюсь в это красивое лицо, хочу найти хоть какие-то признаки страха, испуга, но не нахожу.
