— Может передумаешь, Мышка? — берет он мое лицо в ладони. — Не хочу от тебя уезжать. Давай еще посидим хоть полчасика в кофейне. У вас тут есть недалеко?
— Завтра бал, надо выспаться, — говорю, точно зная, что от волнения вряд ли рано усну.
Никита хмыкает, наверное, думает о том же. Он тянется, чтобы меня поцеловать, и я решаюсь.
— Ник, — зову, — а ты что-то выяснил о своих родителях? Тебя точно усыновили?
Топольский отводит глаза, я понимаю, что он сейчас солжет.
— Пока ничего. Я думаю, может и не стоит там копаться, Маша.
Пусть будет как будет.
— Правильно, — обнимаю его, стараясь не расплакаться, — не думай об этом. Это не имеет никакого значения.
Он целует меня очень осторожно, потом сильнее, а я отвечаю, глотая слезы.
Я тоже не буду об этом думать. Мы с тобой станцуем самый лучший танец, мой любимый мажор, а потом я исчезну из твоей жизни. Так будет лучше для всех. И для нас с мамой, и для Топольских.
Глава 27
Маша
— Мамочка, какая же ты красивая, — шепчу, с восхищением глядя на маму.
— Я тебя никогда такой не видела!
Это правда, я в полном шоке. Мама смущенно улыбается, но я вижу, что ей самой нравится, как она выглядит.
— Спасибо, Мышонок, — она крепко меня обнимает, я прижимаюсь к ней, и мы так и стоим, обнявшись, перед зеркалом. — Теперь мы с тобой обе готовы к балу.
От нас только что ушли визажист и парикмахер. Мама вызвала их на дом, так дешевле чем в салоне. Прическу и макияж делали и мне, и ей.
Но дело не только в прическе и макияже, и даже не в ее новом платье, хоть сидит оно просто шикарно.
За платьем они ездили с Ларисой, а та точно не позволила бы маме на себе сэкономить.
Дело во взгляде. Ее глаза блестят, она сама вся сияет, и мне сейчас даже не верится, что это моя мама. Она больше похожа на старшую сестру.
— Ты же сегодня будешь победительницей, а я надеюсь напроситься на селфи. Вот и готовлюсь, — пробует она отшутиться, но мы с ней обе знаем настоящую причину.
Топольский. Отец Никиты тоже будет на балу. Это для него она хочет быть красивой, хоть и боится признаться.
Думает, что я стану ее осуждать.
Но у меня даже в мыслях такого нет. У нас у каждой свой краш.
— Я так рада, что ты отказалась от этих бесформенных балахонов, — говорит мама и осторожно, чтобы не растрепать прическу, прижимается щекой к моей макушке. — У тебя такое потрясающее платье! И рада, что ты начала носить линзы.
Мы купили те линзы, которые посоветовала мне Лена Светлая, я каждый вечер старалась их надевать.
