– Саид… Кто-то увидит или услышит.
– Здесь темно, пташка. А ты тихой будь.
– Я не хочу! Ты с ума сошел… Я не буду… Здесь! Холодно, грязно…
– Не будешь что?
– Спать с тобой.
– А кто тебе это предлагал?
Саид разбивает всю мою уверенность одним вопросом. Моргаю, не понимая, что мужчина творит. А он лишь продолжает прижимать ладонь к моему животу. И нагло улыбаться.
Ласкает кожу нежно, вызывая мурашки. Вихрь закручивается возле сердца, разрастается. Превращается в настоящий ураган, который затягивает внутрь.
А Саид не спешит помочь мне.
– Что ты тогда делаешь? Что хочешь?
– Ты сама так всё время делаешь, - кивает на руку, чуть надавливает. – А мне нельзя? Ребёнок общий.
– Он ещё маленький, ничего не чувствует. И я сквозь одежду.
– Твоё опущение.
Наглый и невыносимый.
Хватаю губами воздух, пытаясь найти причину, чтобы Саид отпустил. Это ведь совсем не объяснение! Подумаешь, иногда прижимаю ладонь к животу, когда думаю о беременности.
Но когда так делает Хаджиев, ощущается совсем по-другому.
Намного нужнее, правильнее. Острым сожалением колет, что мужчина не делал так раньше.
– Не хмурься, пташка, я просто соскучился.
У меня все слова ещё в голове взрываются. Ярким пламенем сгорают от такого признания. Саид никогда не говорил мне такого, а сейчас…
Люди не могу поменяться за секунду, изменить все свои привычки. И поведение мужчины вызывает тревогу. Это затишье перед бурей. Секунда перед тем, как всё превратится в хаос и разруху.
И я со страхом жду этого мгновенья.
Но Хаджиев мешает мне думать. Уничтожает всё одним проверенным способом. Он наклоняется, сминает мои губы жадным поцелуем. Не оставляет ни капли власти, всю себе забирает.
Это больше похоже на мужчину. Его жесткие касания, как сжимает мои ягодицы. Как вдавливает своим весом в стену, ведёт ладонью выше, к груди. Превращает меня в дрожащее нечто.
Наполненное жаром и страстью.
Кончики пальцев немеют от желания, лёгкие наполняются жидким ядом. Вдыхаю аромат мужчины, и медленно растворяюсь.
Завожусь, отвечаю на касания Саида.
Его щетина раздражает кожу, а вместе с этим – приятный трепет. Бабочки в животе беснуются, сходят с ума. И я за компанию. Тянусь к мужчине, запускаю пальцы в его темные волосы. Совсем короткие, не ухватится.
В меня упирается стояк мужчины. И то, как он быстро заводится, пьянит. Окрыляет, доза смелости по венам. Потому что я подаюсь вперед, намеренно задеваю его бедра.
И ловлю рычание, перемешанное с грудным стоном.
