По фамилии меня Любка называет примерно раз в год и то по особым случаям. Когда выкидываю я что-то такое, что приводит подругу мою в состояние крайнего бешенства.
— Ты, блин, переспала с мужиком, у тебя пропали после этого месячные, а ты про климакс?!! Твою мать! Романова! Ну хоть тест-то на беременность купи! Может еще не поздно на аборт сходить будет! Или сколько уже времени прошло?
— Больше четырех месяцев…
— Пипец! — резюмирует моя подруга, и мы принимаемся молчать каждая в свою трубку. И каждая, видимо, о своем.
Или в конечном итоге об одном и том же?
Неужели правда? Неужели я на самом деле такая идиотка, что не подумала о самом очевидном объяснении того, что со мной происходит? Так убедила сама себя в том, что уже бабушка-старушка, что даже в голову не пришло…
Любка прибывает к нам с Ванькой в больничку примерно через час. С двумя разными комплектами теста на беременность в сумке.
— На! С запасом. Чтобы наверняка. Давай, двигай, в туалет.
— Я не хочу.
— Уж поднапрягись как-нибудь! Я все равно не уеду, пока результат не узнаю.
Иду. И вскоре со смешанным чувством, закусив губу, смотрю на две полосочки, которые отчетливо проявились на каждой из задействованных мной тестовых пластиночек.
— Поздравля-яю! — даже не взглянув на тесты, а только увидев мое лицо возвещает Любка, когда я выхожу обратно в приемный покой, где она меня поджидает. — Молодца! Хвалю! Переспать с каким-то бомжом, при этом даже не узнав его имя, потом найти его труп, а после выяснить, что беременна от него.
На аборт ведь не пойдешь? — отрицательно качаю головой и посматриваю виновато. Любка только всплескивает руками. — Ну, ясное дело, не пойдешь. Могла и не спрашивать. Знаю тебя, идиотку. На что ты его растить-то собираешься, своего бомжонка-то, а? На пособие по безработице что ли?
Об этом я пока еще совсем не думала. Все больше о коварстве судьбы. А Любка как всегда зрит в корень. И так-то работу только благодаря вмешательству какого-то незнакомого мне доброхота нашла, а с грудным ребенком на руках — и вовсе «нереал Мадрид», как говорит один из моих сыновей.
Прикладываю руки к животу. Неужели? До сих пор не верится. Ну мутило меня чуть-чуть. А так… Первая беременность у меня была такая, что казалось всех троих моих сыновей с завтраком в раковине оставлю вместе с собственными кишками. Так рвало — уж не знала, как переживу все это. А тут, на старости лет — ну просто идеальная беременность. О которой, кстати, придется говорить моему работодателю.
